Равнодушная власть? Почему в Караганде никак не примут программу регулирования численности бездомных животных

Властями уже утвержден бюджет на следующий год, программа экологических мероприятий – но судя по тому, что решения уже приняты, заявка зоозащитников осталась без рассмотрения. Бюджет на 3 года, делится руководитель общественного фонда «Добрый город» Наталья Уголькова – 54 миллиарда тенге на экологические мероприятия. И когда карагандинцы обратились в Минэкологии с вопросом о том, почему в статьях расходов нет ни слова о бездомышах – им ответили: потому что они к экологии не относятся.

Чего хотят зоозащитники

С очередным обращением к властям – областному и городскому акиматам, депутатам городского и областного маслихатов – карагандинцы выступили на просторах Instagram:

«К концу года желание властей общаться с зоозащитниками уже традиционно достигло отрицательных величин. Ушли в глухую оборону и перестали отвечать на обращения даже те, кто в течение года имитировал интерес к программе гуманного контроля за численностью домашних животных. О том, что в Карагандинской области утвержден бюджет и план экологических мероприятий на предстоящие три (2022-2024) года зоозащитники узнали из публикаций в СМИ. И, как вы понимаете, снова остались с проблемой один на один. Вспомните, пожалуйста, об этом, когда кто-нибудь одаренный начнет орать в комментариях «Ну, и где эта ваша зоозащита?». О зоозащиту в очередной раз вытерли ноги. Не давайте людям напрасной надежды и не зовите нас больше на свои заседания в качестве декораций. И перестаньте, наконец, изображать, что вы заинтересованы в реальном снижении численности безнадзорных животных – ваши поступки говорят совсем о другом», - пишут зоозащитники.

Люди ежегодно призывают прекратить отстрел бездомышей, а хотя бы часть денег, выделенных на это, пустить на их стерилизацию. Карагандинцы не раз представляли властям свою программу – со всеми необходимыми расчетами и алгоритмами, но в очередной раз это оказалось зря. Программа, которую представляют зоозащитники, называется «Отлов, стерилизация, вакцинация и возврат в среду» (ОСВВ). Пока все эти процессы ложатся на плечи и кошельки волонтеров, приютов и неравнодушных жителей.

- В то же время, нельзя сказать, что помощи от властей нет вообще, - добавляет Наталья Уголькова. – При содействии городского отдела внутренней политики были выпущены несколько тематических видеосюжетов на популярных телеканалах, в помощь участковым напечатаны брошюры с правилами выгула. По инициативе секретаря городского маслихата Кудайбергена Бексултанова, при содействии депутатов Зары Шалабаевой и Марины Платоновой и силами городских организаций оказана помощь самому крупному карагандинскому приюту «ALVA» - техникой, установкой вольеров, отсыпкой территории, вывозом мусора. Но волонтеры и приюты занимаются ликвидацией последствий безответственного отношения. Мы хотим другого: системной помощи от областного руководства именно в создании условий для того, чтобы новые животные на улицах не появлялись, а те, которые уже живут на улице – не размножались и не представляли опасности.

Несмотря на многочисленные обещания, никаких мер в этом отношении не приняли, продолжает зоозащитница. Стерилизация и вакцинация бездомных животных – путь к решению вопроса, а отстрел, как показывает практика, лишь усугубляет проблему: на опустевших территориях появляются новые особи.

- Не ведется никакой работы по профилактике среди владельцев животных, выкинутых на улицу. Их не вместят никакие приюты, сколько бы их ни было, - заключает Наталья. – Вместе с Инной Радченко, руководителем «Котокафе» и общества «Дари добро», мы разработали и рассчитали программу снижения численности бездомных животных в Караганде – мы практически сделали всю ту работу, которую должны были сделать чиновники. Мы подавали ее на конкурс экологических заявок, которые будут реализовываться в течение последующих трех лет, но судя по тому, что заявки уже приняты, нашу не стали рассматривать и там. Хотя средства, выделенные на экологические мероприятия на 3 года, как уже отмечалось – 54 миллиарда тенге. Из этой суммы ни копейки не нашлось на регуляцию численности бездомышей. То есть, о системных решениях речи даже не идет. Точечно, по своей инициативе люди помогают, а в плане более масштабном не делается абсолютно ничего. Издевательства над животными продолжаются, безнаказанными остаются виновные, на которых мы пишем заявления о жестоком обращении.

Управление ветеринарии, продолжает Наталья Уголькова, сначала просило зоозащиту подождать: аргументировали реорганизацией.

- Этим летом реорганизация в управлении произошла – не изменилось ничего, - говорит карагандинка. – Бездомышей как убивали, так и убивают при отлове. Нас опять просили подождать: якобы заказали орудия гуманного отлова – и снова обещали жизнь как в Европе. Средства отлова не применяют: отловленных животных везти некуда – так и не построены никакие изоляторы. Предлагали привезти в приюты – но там уже нет места! В них вдвое, втрое, вдесятеро больше животных, чем предполагалось изначально. И в управлении снова просят подождать – принятия Закона «Об ответственном отношении к животным»... Если раньше мы как-то сомневались – думали, чиновники не понимают, как решить эту проблему, то теперь, когда мы предоставили все средства и информацию для регулирования численности бездомных животных – мы видим, что власти вообще не собираются решать проблему. Судя по всему, их устраивает нынешнее положение вещей: толпы собак на улице, котята и щенки-подкидыши в коробках, живодерство, торговля собачьим мясом и жиром...

Карагандинские зоозащитники подготовили обращение в прокуратуру: оно касается нарушений в деятельности управления ветеринарии – в частности, ветстанций. В обращении опираются на правила отлова и гуманного уничтожения 2017 года, и практически каждый пункт, делится Наталья, грубо нарушается.

- Эти правила не соблюдаются, а в области раз за разом утверждают бюджет на отстрел бездомышей вопреки принятым в 2017 году правилам, - уточняет руководитель ОО «Добрый город». – Дело в том, что отстрелу подвергаются все обнаруженные во время выезда животные, независимо от их характера, внешнего вида и поведения. Ведение журнала регистрации заявок происходит с грубыми нарушениями – это анонимность, отсутствие причины отлова, принимаются заявки на неопределенное количество животных. Отстрел производится дротиками с капсулами «Адилин», приводящими к параличу центральной нервной системы животного, отчего оно умирает мучительной смертью. В конце концов, принципы гуманности не допускают гибель животных в процессе отлова, специального оборудованного транспорта у станций нет, машины не предназначены для транспортировки живых животных, биостерилизация не проводится. Наконец, если было отстрелено домашнее животное – его не возвращают владельцу, а отстрел часто происходит на глазах у детей.

Одним жалко, вторые ненавидят, третьи боятся

Руководитель «Котокафе» и общества «Дари добро» Инна Радченко рассказывает: ежегодно, начиная с 2017 года, зоозащитники предлагают программу «Отлов, стерилизация, вакцинация и возврат в среду» в разные структуры и модернизируют ее под новые реалии. В этом году предложили акиматам Караганды, Темиртау, Жезказгана и Балхаша. Обращались в Минэкологии, к депутатам областного маслихата – последних просили включить возможность пилотного проекта ОСВВ в новый Экологический кодекс.

- Благодаря общественному деятелю Алие Садырбаевой мы смогли записаться на прием к Министру экологии. Это была онлайн-встреча, где я попросила принять во внимание, что безнадзорные животные и их неконтролируемый рост численности в городе –серьезная именно экологическая проблема. Мы напрасно закрываем глаза на то, что травля кошек приводит к появлению крыс, замурованные подвалы приводят к тому же результату, но уже с блохами... – уточняет Инна Радченко. – Это принцип домино: нарушена экосистема, экобаланс городской среды – настолько, что последствия становятся необратимыми. Сейчас бюджет ежегодно осваивается, деньги куда-то уходят, а проблема растет как снежный ком. И здесь я не говорю о психологических или воспитательных моментах – я говорю конкретно об экологическом балансе. Именно поэтому я просила включить наш проект в программу – если уж власти считают, что не могут выделить деньги из бюджета на программу ОСВВ просто так, и если нельзя выделить их на приюты или центры поддержки бездомышей.

В Экологическом кодексе четко прописаны 6 пунктов, по которым разделялись программы, спонсируемые бюджетом. Карагандинцы свою программу могли включить только в один пункт – всеми силами пытались адаптировать ее, советовались с экоактивистами. С одной стороны, проблема бездомных животных по-прежнему относится Минсельхозу, с другой – если речь о нарушении экосистемы города – к Минэкологии. Из-за того, что по факту такой вопрос не относится ни к одному, ни ко второму ведомству, чиновники опять развели руками.

- Я написала письмо в партию «Nur Otan» с просьбой поддержать нашу программу ОСВВ, обратилась к депутатам четырех городов области. Мы снова просили поддержать нас, ведь к властям люди тоже обращаются с этой проблемой, чтобы ее решили, наконец: одним жалко, вторые ненавидят, третьи боятся – но уже нет неравнодушных! – подчеркивает руководитель «Котокафе». – Депутаты сделать этого не смогли – ни городские, ни областные, когда утверждался областной бюджет. Развели руками и на онлайн-встрече с Министром экологии: это, отмечал он, потребует внесения изменений в Экологический кодекс... А за сутки такое не делается, это может растянуться на годы. Письмо, которое мы написали в «Nur Otan», было направлено в акимат области и в Минэкологии. Министерство со мной связалось, запросили программу... Обратной связи из акимата Карагандинской области нет вообще – только о том, что бюджет приняли, и в него опять не включили программу ОСВВ. Эту проблему со всех сторон игнорируют. Деньги выделяются только на отстрел. Мы очень расстроены этим. Конечно, мы пока не видели той же окончательной версии Закона «Об ответственном отношении к животным», но уже на стадии обсуждений понимаем, что снова ничего не добились, а проект закона продолжают выхолащивать.

Для закона бездомыши – не проблема

Директор по развитию карагандинского Экологического музея, эколог и экоактивист Дмитрий Калмыков делится: с человеческой и профессиональной точки зрения бездомные животные – проблема экологическая, причем проблема животных, так и людей.

- Однако, с точки зрения закона, как оказалось, это вообще не экологическая проблема. В ходе подготовки областного плана природоохранных мероприятий, который впервые за многие годы разрабатывался с учетом средств, выделяемых на них, оказалось, что бездомыши не вписаны в новый Экологический кодекс. Там есть только дикие животные, - уточняет Дмитрий Евгеньевич. – Проблема здесь в формулировках: животных на улицах тоже можно причислить к диким, ведь они не домашние. Тем не менее, чиновники так не считают: животные бездомны, а значит, у них когда-то был дом... бездомышей дикими не признают. Зоозащитники неоднократно возвращались к вопросу формулировок. Плюс ко всему, есть на улицах города животные действительно дикие – на окраинах живут и лисы, и корсаки, и они тоже питаются на свалках. Поэтому деление на диких и бездомных получается несовершенным.

Здесь целесообразно продолжать обращаться к Парламенту и Министерству экологии, предлагая в новом Законе «Об ответственном отношении к животным» четко сформулировать следующее описание бездомышей: «животные, обитающие на территории населенных пунктов, и том числе в окрестностях», говорит Дмитрий Калмыков.

- То есть, на территории населенного пункта те же свалки регулируются правилами благоустройства, а если сделать свалку в метре от границы Караганды, например – она уже не будет регулироваться правилами, - продолжает Дмитрий Евгеньевич. – Поэтому надо писать петиции и обращения в эти ведомства, иначе у нас появляются дыры в законах, чего быть не должно. Что еще не понятно: новый Закон «Об ответственном отношении к животным» продвигает Министерство экологии, но этот закон не вписан в сферу компетенций Министерства. Значит, неясно, какое министерство будет его исполнять.

Если говорить о нарушении экологического баланса в городе в отношении прихода тех же грызунов после истребления собак или кошек – это никто не изучал, делится директор по развитию ЭкоМузея.

- Если речь идет о водоемах – прежде, чем поймать определенное количество рыбы, проводятся специальные процедуры, выносятся биологические обоснования, учеты и подсчеты. Нужен в таком случае и ихтиолог, который оценит, сколько рыбы можно изъять без вреда для экосистемы. Для города таких оценок нет, да и закон этого не требует, - заключает Дмитрий Калмыков. – В нашем городе сейчас проживает французский ученый, он изучает экосистему Центрального парка. Там он обнаружил сотни видов растений, которые никто до него не описывал – есть и краснокнижные виды. Но ко всему этому у нас относятся как к бурьяну или вредным насекомым... Тоже из-за упущения в законах. Все, что, на мой взгляд, можно сейчас делать – призвать неравнодушных жителей, а не только зоозащитников, обращаться с предложениями в Парламент и Министерство экологии.

Хочется улучшить ситуацию

Жанна Штергер – председатель постоянной комиссии по вопросам депутатских полномочий, этики, законности и правопорядка областного маслихата и член партии «Nur Otan», 20 лет посвятившая службе в прокуратуре, где ее работа была связана с защитой и восстановлением прав и свобод человека и гражданина, законных интересов юридических лиц, общества и государства. За годы работы в прокуратуре, делится Жанна Филипповна, с обращениями по поводу жестокого обращения с животными не сталкивалась.

- Возможно, одной из причин, почему таких обращений тогда не было, являлось отсутствие нормативных правовых актов в этой сфере правоотношений, - делится депутат. – Первые Правила содержания собак и кошек на территории Карагандинской области были утверждены решением XXII сессии Карагандинского областного маслихата от 12 декабря 2013 года. Они утратили силу с принятием новых Правил – уже от 27 февраля 2020 года. Также 12 декабря 2017 года решением XIII сессии Карагандинского областного маслихата утверждены Правила отлова и уничтожения бродячих собак и кошек на территории Карагандинской области – они действуют сейчас. Однако на момент принятия указанных документов я уже не работала в органах прокуратуры.

Одной из главных задач областного маслихата Жанна Филипповна называет депутатский контроль – над исполнением бюджета, решений и постановлений маслихата.

- Не ошибусь, если скажу, что самыми главными решениями, которые принимает маслихат, являются решения «Об областном бюджете», - продолжает она. – Депутаты тщательно следят, чтобы бюджет оставался социально ориентированным, а более 50% расходов направлялись на образование, здравоохранение, молодежную политику, социальную поддержку населения. Приоритетными вопросами остаются меры по реализации госпрограмм, комплексному развитию жилищно-коммунальной и дорожно-транспортной инфраструктуры, проведение эффективной социальной политики. Основная часть депутатских обращений посвящена вопросам жилищно-коммунального хозяйства, здравоохранения, охраны окружающей среды, земельных отношений

Депутатам, как и зоозащитникам, очень хочется сдвинуть ситуацию с жестоким обращением с животными в лучшую сторону, подчеркивает Жанна Штергер.

- Но необходимо, чтобы наши предложения были обязательно подкреплены соответствующей нормой закона, а пока ее нет – и, следовательно, нет государственного финансирования, - поясняет депутат. – Если в Единой бюджетной классификации Казахстана нет программы стерилизации и возвращения в среду бездомных животных – а ее пока действительно нет, не будут выделяться и средства на это: администратор программы не может отходить от Единой бюджетной классификации. Однако в ней прописан отлов и уничтожение бездомных собак и кошек – и поэтому на это деньги выделяются ежегодно.

Чтобы предлагаемая программа стерилизации и возвращения в среду бездомных животных начала работать, нужно, во-первых, принять Закон «О защите животных» и предусмотреть в нем такие нормы и требования, прописать права и обязанности, предусмотреть ответственность за несоблюдение законодательства, заключает Жанна Филипповна.

- Во-вторых, с принятием данного Закона нужно внести изменения и дополнения в действующие кодексы, законы, постановления, ведомственные приказы, которые соприкасаются с этим вопросом – в том числе и в Единую бюджетную классификацию, - поясняет Жанна Штергер.

Скованность законом

В управлении ветеринарии заверяют: ведомство выступает за принятие стратегии отлова, вакцинации, стерилизации, возвращения бездомных животных в среду. Но включить программу ОСВВ в перечень законодательно невозможно. Все опять сводится к тому, что соответствующих законов и норм не принято, и пока этого не произойдет – ситуация с гуманным регулированием численности бездомышей так и останется в руках неравнодушных граждан или тех, кто сможет выступать спонсорами для приютов и процесса в целом.

В расходах областного бюджета, добавляют в управлении, не предусмотрены источники финансирования на строительство необходимых приютов и содержания (кормление, вакцинация, идентификация) бродячих животных. Несмотря на это, после принятия Закона «Об ответственном отношении к животным» и утверждения соответствующих нормативно-правовых актов, оказание услуг по содержанию безнадзорных животных будут пересмотрены.

В ведомстве представили сведения о расходах на отлов и уничтожение безнадзорных животных: в 2017 году было отловлено и уничтожено 20 169 бродячих собак и кошек на сумму 55 миллионов тенге, в 2018 году – 20 174 бродячих собак и кошек на сумму более 60 миллионов тенге, в 2019 году – 20 705 бродячих собак и кошек на сумму более 62 миллионов тенге, в 2020 году – 21 851 бродячих собак и кошек на сумму более 69 миллионов тенге, в 2021 году – 17 379 бродячих собак и кошек на сумму почти 76 с половиной миллионов тенге.

- Из-за отсутствия органа, регулирующего численность собак и кошек, при анализе используются данные, полученные из ветстанций районов, городов. Отлов бродячих собак и кошек проводится только через обращения физических и юридических лиц, но в обращениях основном указывают только название улицы или района – при этом бригадам отлова трудно отличить бродячих собак: многие владельцы, не соблюдая Правила содержания и выгула собак и кошек, отпускают питомцев на прогулку без надзора, - уточняет руководитель управления ветеринарии Каирбек Турсынбеков. – Количество ежегодно отловленных и уничтоженных собак и кошек с 2017 года до сегодняшнего дня в области колеблется в пределах 20 000 голов, объем финансовых средств увеличивается из-за ежегодного удорожания услуги. Стоимость отлова и уничтожения 1 головы бродячей собаки или кошки в 2019 году составила 3 062 тенге, в 2020 году – 3 505 тенге, в 2021 году – 4 400 тенге.

Каирбек Серикович подчеркивает: в управлении тоже хотят, чтобы были четко определены требуемые затраты для реализации мероприятий – для строительства приюта для содержания, вакцинации, стерилизации бродячих собак и кошек, с определением штатной численности обслуживающего персонала, единиц техники и специальных средств.

- Чтобы решить организационные вопросы по строительству приютов, мы направляли предложения в Министерство экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана, для включения их в проект Закона «Об ответственном обращении с животными». Однако на наши предложения не было отклика от потенциальных поставщиков для участия в создании приюта. То есть, организации по защите животных и волонтеры проявляют большой интерес к выполнению данных функций – на словах, а на деле нет, - говорит руководитель управления. – В свою очередь, руководители ветстанций постоянно обращаются к нам за юридической помощью, с предложениями по передаче функций отлова и уничтожения бродячих собак и кошек в другие организации или в конкурентную среду.

В тексте использованы фото автора,
фото из открытых источников,
личных архивов спикеров,
а также с сайта voxpopuli.kz