Культура публики и качество звука: премьера ленты «Первая волна» прошла в Караганде

...И ладно, что зрители позволили себе опаздывать и этим беспокоить других. Культура просмотра кино в Караганде, как оказалось, хромает на обе ноги: тут и там в кинозале вслух, не шепотом, обсуждали увиденное – вне зависимости от возраста, во время фильма продолжалось движение в зале – кто-то возвращался на свое место, кто-то уходил с концами. И чем дальше лента двигалась по сюжету – тем больше было этого движения. Похоже, за время карантина люди разучились смотреть кино в общественных местах.

Вернемся к фильму: в центре сюжета драмы «Первая волна», основанной на реальных событиях – молодежь и их родители, врачи, работники полиции, волонтеры и все, кого коснулась первая волна пандемии. Съемки начались в апреле этого года, а слоганом картины избрали фразу «Вирус, который нас изменил». Режиссером-постановщиком картины стал карагандинец Арман Алимжанов, продюсером выступил главный редактор телеканала «SARYARQA» Жанибек Садыканов. Сценарий Жанибек писал вместе с журналистом Дмитрием Белугиным, а кастинг-директором фильма стал карагандинец Жанибек Кусаинов. Лента создавалась при поддержке акимата Карагандинской области, помощь оказывали, кроме того, сотрудники полиции и управления здравоохранения. Строгой цензуре, рассказали на пресс-конференции, лента не подвергалась. Бюджет почти двухчасового фильма, который в начале 2022 года перерастет в 8-серийный сериал, создатели не называют – отмечают только, что спонсорское финансирование было, в том числе из административных ресурсов, однако меценаты пожелали остаться неназванными.

Минкульт, блокпост и актерский состав

Напомним, что основные действия кинокартины – а сюжет разворачиваются с марта по сентябрь 2020 года – происходят в Караганде. Идея фильма – на основе реальных хроник пандемии художественным образом воссоздать катастрофическую ситуацию, которая неожиданно настигла героев. Идея создать фильм, рассказал на пресс-конференции Жанибек Садыканов, появилась в результате опроса телезрителей: карагандинцы предлагали снять кино про испытания и трагедии, с которыми столкнулся практически каждый во время первой волны коронавируса.

- С помощью этой ленты мы хотим не только рассказать о трагедии, которая коснулась и нашего региона, но и показать, как у нас продолжает развиваться кино, - поделился Арман Алимжанов. – В городе много талантливых людей, которые в том числе могут реализовать себя в кинематографе. Мы хотим выпускать хороший востребованный продукт.

Что касается проката – чтобы продавать фильм в кинотеатры, ему нужно пройти регистрацию в Минкульте и попасть в реестр. Документы для этого готовятся к отправке, пояснил Жанибек Садыканов. Уже потом будет приниматься решение о прокате в Карагандинской области в частности и по Казахстану в целом. На данный же момент – на момент показа – съемочной группе важно было узнать реакцию зрителей.

- Съемки проводились в Караганде – в больницах, на улицах, в заведениях общепита, на территории цирка – в частности, эпизод с застрявшим в Караганде московским цирком, когда артистам нечем было кормить животных. В какой-то момент пришлось создавать искусственный снег, чтобы отразить холодную весну, но это лишь некоторые сложности, настигшие рабочий процесс, отметил Арман Алимжанов.

- Коронавирус коснулся нас не только в сценарии, но и во время работы: пришлось корректировать графики съемок, поскольку заболевшие актеры выпадали из процесса минимум на две недели, - продолжил Жанибек Садыканов. – Когда в мае мы устанавливали для съемок блокпост в сторону Жезказгана, жителям пришлось дополнительно пояснять, что это не новые ограничения.

Карагандинский артист каздрамтеатра Серикболсын Кайыржанов сыграл в фильме одну из главных ролей – выросшего без отца парня из Майкудука по имени Бека, который ведет полукриминальную деятельность, но в ходе сюжета меняет приоритеты, вступает в волонтерскую организацию и влюбляется в Малику, которая этой организацией руководит. Таким образом авторы хотели показать, что пандемия изменила жизнь даже тех, кто преступал закон, пояснил Арман Алимжанов.

Малику играет карагандинка Наргиз Аркенова, которая трудится в индустрии красоты, а в «Первую волну» пришла благодаря объявлению о кастинге. С детства, призналась девушка, хотела попробовать себя в кино и полтора года назад окончила актерские курсы Андрея Белавина. Андрей, кстати, тоже занят в картине – а вместе с ним и Серикболсыном немало профессиональных актеров: Оксана Игнатенко, Константин Снегирев, Руслан Маевский, Бекмухамет Киекбаев, Бибижамал Кемалова, Махмут Садыканов и другие. Для дубляжа авторы тоже собрали целую базу голосов – 70 человек, уточнил Арман Алимжанов, и в «Первой волне» задействовали 14 из них.

На вопрос об отношении к конструктивной критике авторы ответили: относятся нормально. Она, добавил Арман, нужна: на основе нее мастерство в создании кино тоже растет, ведь фильмы живут благодаря публике и ее отзывам. Поэтому...

Конструктивная критика

Понятно, что объять необъятное – а человеческих историй во время пандемии хватает – невозможно. В «Первой волне» попытались. Что здесь точно хорошо – это операторская работа и дубляж героя Серикболсына Кайыржанова – Беки. Не забыли тут и шутки про Бекшина, а в один из диалогов вплели очень серьезную тему – о бездомных животных и необходимости построить для них приюты или хотя бы выделять средства на стерилизацию.

Вставки из новостей – уже давно канон в подобных лентах, и здесь его задействуют, как и заявление Главы государства о первых зараженных людях и введении режима ЧП. Милое клише – первая встреча Беки и Малики. Еще из актуального: 5 масок за 500 тенге, вопросы вроде «Так это правда вирус, или постанова?», а также «Наденьте маску» - когда масок нет и ставшее уже притчей во языцех «Неужели все болезни, кроме коронавируса, отменили?». Упоминают здесь одни из самых горьких утрат 2020 года в сфере культуры: летом не стало руководителя каздрамтеатра Сансызбая Бекболатова, а также актера и режиссера Сламбека Жумагали.

Главный и самый бросающийся в глаза (а точнее, в уши) минус ленты – ее озвучание. Если сцена с персонажами происходит на улице – слышны только их голоса, других звуков нет вообще, а качество такое, будто диалог происходит в трубке телефона. В сценах, снятых в квартирах, к такому звучанию прибавляется еще и гул от стен. И в таком звуке вибрирующий смартфон героев заставляет едва ли не подскочить на сиденье кинотеатра: он слышен максимально четко и даже громко – ровно как и эффекты со всплывающими сообщениями. Выстрелы – они тоже будут – раздаются так, будто открывают бутылку газировки. Хуже всего звук в сцене у цирка, когда волонтеры и журналисты только-только встречают артистов, а также в отделе полиции: в какой-то момент речь героев не разобрать вообще, она становится слишком тихой.

Второй очень серьезный минус – рваные переходы между сценами: одна, наполненная музыкой и диалогами, может резко оборваться на следующую – с совершенно другим звуковым сопровождением и сутью. Из-за этого «Первая волна» смотрится дергано, четкость композиции рушится – словно это просто сборник миниатюр на тему того, как коронавирус пришел в локальный регион. Особенно бросаются в глаза такие переходы в моменте с празднованием Наурыза, когда показывают семью персонажей Оксаны Игнатенко и Бекмухамета Киекбаева, в сцене развоза лекарств полицией и в момент, когда персонаж Андрея Белавина поясняет, как тяжело работать в противочумных комбинезонах.

Кроме того, авторы, кажется, никак не могли решить, какие именно маты стоило «запикать»: если сначала определенные слова и выражения прикрыли характерным звуком, впоследствии они почему-то свободно звучат в ленте. Здесь нашли моменты, чтобы процитировать фильм «Брат» и даже Абая, но все это соседствует с общением в стиле 90-х, которое уже утомляет: ну правда, многовато пацанских разборок и вот этого «Ты че, в уши долбишься?» или «Маску надеть? Тебе такие нравятся, да?!». Кое-кто из персонажей даже говорит: «Гоп-стоп – это вчерашний день» - и ведь правы...

Во время звонка подруге-журналистке Малика отмечает, что одного из волонтеров побили на улице и просит написать заметку. За этим следует вопрос Малики «Давай сделаем без имен, хорошо?» - и тут надо сказать, что имена людей (да хотя бы псевдонимы или измененные!) в материале быть должны: это позволяет преподнести историю наиболее подлинно, чтобы потом СМИ не обвинили в клевете и распространении слухов.

Напомним, что в марте 2020 года на карантин впервые закрыли подъезд по улице Ермекова, 106/1 – и не просто закрыли, а заварили дверь. На круглосуточном дежурстве там находился сотрудник полиции. Этот эпизод в «Первой волне» тоже затрагивается – но совсем не так, как можно ожидать, а ведь из такой детали можно было развернуть дополнительную драму и создать еще большее напряжение. От этого целая и, наверное, одна из самых громких частей истории пандемии комкается и меркнет – несмотря на то, что Константин Снегирев и его напарники отыгрывают свою сцену отлично.

Что еще ждет зрителей? Честный полицейский, не пропустивший свою девушку через блокпост, потому что приказ, потерявшие родных с разницей в пару часов герои (сцена очень достойная), спасение матери одного из персонажей под тревожную музыку. Вот только непонятно: если Андрей Белавин играет главврача госпиталя – как с огромным потоком пациентов он смог запомнить именно ту женщину, здоровьем которой так интересовался юноша – ее сын?.. И да, задел на продолжение здесь тоже будет.

В материале использованы фото автора