Осталось два месяца до запрета ламп накаливания в Казахстане

Спустя полгода та же участь постигнет и лампы в 75 Вт. А еще через год можно будет легально купить только то, что по мощности ниже 25 Вт. Народу предлагают переходить на гораздо более экономное «ртутное» освещение. Только вот никто пока не знает, как потом с этой ртутью жить. 

Энергосберегающие лампы действительно «съедают» гораздо меньше электричества. Но вся беда в их устройстве. Источником световой энергии в экономичных лампах является электрический разряд. А чтобы он возник, лампу заполняют парами металла. В стандартной энергосберегающей лампе содержится от трех до пяти миллиграммов ртути – исключительно ядовитого вещества, относящегося к первому классу опасности. Особенно опасны для здоровья именно пары ртути.

Что делать, если энергосберегающая лампа разбилась?

 

В России, где на энергосберегающие лампы уже перешли, власти предупреждают население, что разрушение лампы очень опасно. И призывают осторожно обращаться с ними, чтоб ни в коем случае не повредить колбу.

Проникновение ртути в организм человека чаще всего происходит при вдыхании её паров, не имеющих запаха. Происходит поражение нервной системы, печени, почек и желудочно-кишечного тракта.

Предельно допустимая концентрация ртути  в воздухе помещений составляет 0,0003 мг/м3 Повреждение одной  лампы  может на несколько часов повысить концентрацию  ртути  до 0,05 и отравить шесть кубических метров воздуха.

Что предпринять, если лампа все-таки разрушилась? На этот случай российский санэпиднадзор распространил среди населения памятку, которая требует:

1. Открыть окно и покинуть комнату на 15 минут.

2. Надев одноразовые пластиковые или резиновые перчатки, осторожно собрать осколки лампы, поместить их в пластиковый пакет.

3. Для сбора мелких осколков и порошка люминофора можно использовать липкую ленту, влажную губку или тряпку. Чтобы предотвратить распространение ртути по всему помещению, уборку следует начинать с периферии загрязненного участка и проводить по направлению к центру.

4. Помыть комнату с «Белизной», «Доместосом» или с другим хлорсодержащим препаратом. Обувь протереть влажным бумажным полотенцем.

5. Использованные бумага, губки, тряпки, липкая лента, бумажные полотенца, которые стали ртутьсодержащими отходами, поместить в полиэтиленовый пакет.

6. Пакет с отходами сдать на утилизацию в специализированное предприятие.

7. Одежду, постельное белье, все, на что попали осколки лампы, поместить в полиэтиленовый мешок. Возможность дальнейшей эксплуатации этих изделий определяется после консультации в специализированной организацией.

 8. После демеркуризационных работ определить концентрацию паров ртути в воздухе на соответствие ПДК. Обследование проводится специалистами аккредитованных лабораторий.

9. КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩАЕТСЯ: использовать в работе пылесос, щетку, веник; сбрасывать ртутьсодержащие отходы (в том числе «перегоревшие» лампы) в канализацию или в мусоропроводы.

Новомодные ртутные лампочки, как и старые вольфрамовые, сделаны из стекла и потому легко бьются. А многие выбрасывают их в общее мусорное ведро, даже не задумываясь о том, что высокотоксичная начинка может попасть в воздух и отравить все вокруг.

Ртуть на мусорке

По идее, отслужившие свое приборы, содержащие ртуть, нужно осторожно упаковывать и отвозить в специальную организацию, где их по всем правилам утилизируют. В Караганде всего две такие фирмы. Одна из них уже год как не работает из-за проблем с документами. Другая – ТОО «Чистый дом».

Ее директор Анатолий Кривоносов по образованию санитарный врач. Для демеркуризации он применяет химико-механический метод. В ангаре стоит «мельница» – металлическое емкость по форме напоминающая трубу. В нее загружается демеркуризатор (хлорная известь), металлические шары, и сами лампы. Потом мельница начинает вращаться. И шары давят лампы. Получившийся порошок засыпают в железные бочки, заливают гипсом. В таком виде ртуть считается неопасной. Ее захоранивают на полигоне твердо-бытовых отходов, там же, где складируют обычный бытовой мусор.

Шаровая мельница может перерабатывать сотни ламп в день. Однако, по словам Анатолия Ивановича, эти услуги в городе не популярны.

- Приходится работать с другими регионами, потому что у нас сдают не очень много, – говорит Анатолий Иванович. – В прошлом году лишь 20 процентов от всех утилизированных ламп собрали в нашей области. Кто в Караганде сдал, я могу по пальцам перечислить. Это всего около 30 предприятий – в основном крупные акционерные общества, недропользователи.

- А обычные люди приносят перегоревшие лампы?

- Частные лица обращаются. Но когда узнают, что эта услуга платная… В зависимости от количества ламп мы берем от 150 тенге за штуку. Чем больше партия, тем ниже цена… Чтобы население сдавало лампы – таких случаев на нашей практике еще не было. Но это обычная ситуация. Не только у нас, но и в России сбор от населения никак наладить не могут (в Германии на утилизацию возвращается лишь 40 процентов от всех проданных ламп, – авт.).

- Надеетесь, народ к вам потянется, когда лампы накаливания запретят?

- На это я не надеюсь. Ведь лампы с ртутью – энергосберегающие, рассчитанные на длительный срок. Кто пойдет ради одной лампочки к нам? Думаю, ее просто выбросят в общий контейнер. Чтобы этого не происходило, надо организовывать сбор через ЖКХ. По санитарным правилам, должны быть отдельные ящики, отдельное помещение, в котором можно было бы провести соответствующую обработку, если лампа разобьется.

- А просто на улице бак нельзя поставить?

- В санитарных правилах у нас написано, что нельзя.

Ничего не готово

Карагандинский департамент экологии зорко следит за тем, чтобы крупные акционерные общества сдавали лампы с ртутью на утилизацию. Однако мелкие фирмы и индивидуальные предпринимателей они не контролируют. Говорят, что не возможно объять необъятное.

Санэпидемиологи также признают, что не следят за тем, что делают граждане с ртутными лампами. Все понимают, что людям не выгодно куда-то везти испорченные лампы и при этом еще платить за возможность от них избавиться. Если кто-то потихоньку и выкидывает энергосберегающие лампы на обычную мусорку, об этом все равно никто не знает.

А если даже кто-то пожалуется в санэпиднадзор, что сосед выкидывает лампы в общественный контейнер, нарушителя все равно никак не накажут. С ним просто проведут просветительскую беседу и порекомендуют в другой раз возить опасные отходы на специальную фирму.

Санврачи пока особенно насчет ртутит не переживают, потому что если даже кто-то разобьет одну лампу, ртути выйдет наружу не так много – всего несколько миллиграммов.

Другое дело, когда карагандинцы начнут массово менять старые лампы на новые. Если каждый горожанин разобьет по одной ртутной колбе, счет пойдет уже не на миллиграммы.

Специалисты департамента экологии уже предлагали акимату организовать в городе пункты сбора энергосберегающих ламп, однако денег на это в городском бюджете пока нет.

Как пояснили нам в городском акимате, средства сейчас выделяются только на приобретение энергосберегающих ламп. Уже практически все государственные учреждения пользуются люминесцентным освещением.

Разгильдяйство в крови

Дома у директора «ЭкоМузея» Дмитрия Калмыкова уже четыре года работают энергосберегающие лампы.

- Они давно себя окупили, – говорит Дмитрий Евгеньевич. – И действительно очень сильно экономят. Первое время приходили контролеры из «Караганда Жылу», искали скрытую проводку, тайные жучки. Они думали, мы воруем электричество – так резко упало потребление. Старые лампы не содержат ртути. Но на каждый час горения они требуют в три раза больше угля, нефти. Они же энергию тратят зря, превращая ее в тепло. То есть они тоже загрязняют окружающую среду. Только не в том месте, где горят, а там, где работает электростанция.

- Как часто лампы выходят из строя?

- Лампочки мы купили хорошие. Так что из 15 штук пока только четыре поменяли. Это, конечно, не плохо. Но все равно очевиден обман со стороны производителя. Потому что на коробочках пишут такие ресурсы: 8 тысяч, 10 тысяч часов, которых они не вырабатывают.

- Куда выбрасываете неработающие лампы?

- Еще никуда. Пока они лежат в коробочке. Я же не поеду поперек города, чтобы сдать три лампочки! У меня многие спрашивают: куда их девать? Я отвечаю: никуда. Был бы хотя бы один пункт приема на несколько кварталов – сознательные граждане носили бы туда. Государство собирает по Караганде чудовищные деньги – экологические платежи за природопользование. Из них на экологические цели тратится лишь несколько процентов. Это безобразие и бардак. Из этих денег можно построить сеть сбора ртутных ламп.

- Оправданы ли опасения, что городская свалка вскоре превратится в ртутное море?

- Да, обычно люди просто в мусор выбрасывают. На городской свалке, наверное, уже десятки тысяч этих лампочек. Там они, естественно, все давятся, ртуть выходит и попадает в подземные воды. Это плохо. Но я бы не сказал, что смертельно. На полигоне и так хватает всякой гадости. Однако это прямое нарушение экологического кодекса. Потому что когда лампочки с ртутью выбрасывают, они превращаются в так называемые опасные отходы. А нашей городской свалке по закону прямо запрещено принимать опасные отходы. Но они их не видят в мусоре. А так как отдельная сеть сбора не создается, то и не хотят видеть. На самом деле, лампочки – это лишь верхушка айсберга. Возьмите ту же бытовую химию: краски, растворители, строительную пена. А батарейки, например? Это литий и кадмий – еще хуже, чем ртуть. Это все тоже опасные отходы, которые нельзя бросать в мусор. А населению их деть некуда.

- Мы просто привыкли.

- Да, привыкли. В Голландии я видел, как люди привозят отходы от ремонта квартиры на свалку. Там расставлены контейнеры. Они ищут: гипсокартон – в один контейнер, краску – в другой, кирпичики – в третий. Потом пошли в кассу, заплатили за утилизацию и, довольны, уехали.

- Это какой-то высший разум просто.

- Да, правильная формулировка. Все, кто ездит в Европу, глазами, носом чувствуют разницу. Мы ничего этого не делаем. Поэтому у нас такой вонючий воздух в городе.

- Как вы думаете, чего нам ждать от перехода с вольфрамовых на светодиодные лампы?

- Вольфрамовые, светодиодные – все это временные разговоры. Самый выгодный источник света – светодиоды. Они победят всех. Пока их нет по разумной цене. Хороший диод должен светить сотни тысяч и даже миллионы часов. Светодиоды, выпущенные в советское время, до сих пор работают. Они вообще не могут испортиться. Но сейчас на рынке полно всяких пупыревых, неизвестного производства светодиодов, которые быстро выходят их строя. Есть в продаже, конечно, качественные. Но стоят столько, что при нынешних тарифах на электричество они будут несколько лет окупаться. Однако качество их безусловно растет, цены падают. Сейчас заводы по производству ртутных ламп, в которые вложены деньги, отработают свои ресурсы. И, я уверен, когда мой внук вырастет, все светильники будут светодиодными или еще какими-нибудь.