В сосновом бору Пришахтинска ставят туалеты

Эко-бескультурье 

В Караганде не так много лесов, чтобы позволять себе пренебрежительное к ним отношение. Более того, все наши леса были высажены руками горожан – наших бабушек и дедушек. Ни одно дерево само по себе не выросло. Вот почему наш лес посреди степи – уникальное явление. Как же можно его загаживать?

Однако отправление потребностей – естественный процесс, остановить который невозможно. И уж если приспичит – ничего не поделаешь, приходится портить пейзаж. Мало кто сообразит с собой в лес прихватить лопатку. То же самое касается мусора: все продукты питания в наше время тщательно упаковывают, поэтому после отдыха на свежем воздухе всегда остается гора оберток и тары. Сознательные граждане вывозят свои отходы. Но бывает, что после возлияний люди просто не в состоянии навести чистоту. Было бы хорошо, если бы кто-то за порядком следил.

— Лес – это вам не парк, — возражает Бахтияр Санбаев, руководитель управления природных ресурсов. — В лесу урны нельзя ставить. У нас услуг по вывозу мусора нет. Мы лесники. Мы не можем договора заключать, как в парке, чтобы кто-то приезжал и убирал. Так не положено. Это же гослесфонд! В лесу, согласно кодекса, разрешается просто гулять и дышать свежим воздухом. Но люди хотят большего. Мы сами из-за халатности населения страдаем. Они объедки после себя оставляют, а наш лесник – один на 250 гектаров — это все каждый раз убирают. Никакой экологической культуры!

Штрафы

Лесник ездит на велосипеде по сосновой лесопосадке, подбирая мусор и взывая к совести граждан. А те в ответ огрызаются. Градус недовольства повышается из-за нового запрета: этим летом не разрешается жарить шашлыки и кипятить воду в самоварах на старых кострищах – рядом с деревянными столами и лавочками. Шашлычников сгоняют на пустырь, где начали оборудовать частную зону отдыха. Естественно, она платная! За 500 тенге можно час пользоваться мангалом и дровами. За 200 тенге можно готовить на собственной жаровне.

А кто откажется идти на мангальную зону и вздумает свинячить прямо в лесу, рискует быть оштрафованным. По статье 367й административного кодекса за нарушение требований пожарной безопасности и санитарных правил в лесах – на 10 МРП (34 500 тенге). Или по статье 372й за засорение леса отходами и отбросами — на ту же сумму.

— Предприниматель взял участок на краткосрочное лесопользование, — поясняет Максат Муханов, директор карагандинского лесхоза. — У него аренда на 10 лет. Но не всего леса, а именно того пятачка, где горочка-пустырь. Обратился в прошлом году. Уже второй год у нас там находится. В прошлом году услуг не оказывал, готовился. Там по закону нельзя вести капитальное строительство, у него только временные конструкции. Все для разведения костров. Асфальт, ограждения, чтобы искры в лес не летели, огнетушители, ранцевые опрыскиватели, вода. Дежурит человек.

— Но еще пару лет назад мы прямо рядом с лесом, у деревьев, совершенно бесплатно картошку пекли. Места специальные были.

— Да, были. Мы раньше давали такие места. Но теперь такого больше нет. С наступлением пожароопасного сезона мы вообще везде запретили разводить костры. Это всех посадок касается: и на ДСК, и на Пришахтинске, и в Березовой роще, и на Кирзаводе, и в Бухаржырауском районе. Это не наша прихоть. Огонь вообще по закону запрещено в лесу разводить. Мы просто проанализировали. Лес-то мы не круглосуточно охраняем. Это не закрытая территория. Запретить туда заходить ночью мы не можем. Получается, ночью люди жгли огонь там, где мы разрешали. И оставляли огонь непотушенным. А потом поднимался ветер. В прошлом году были возгорания. Мы бегали-тушили. Кто-то специально поджигал. Мы успевали затаптывать. Наше предположение: видно, кто-то из отдыхающих с кем-то поссорился и решил в отместку сжечь лес. Под Пришахтинском мы предотвратили. Но на Кирзаводе пожар был – 70 гектаров сгорело. Мы столько древесины потеряли! Страшно! Учитывая это, плюс костанайский пожар, плюс Семей в этом году. Поэтому мы полностью запретили. Если мы и этот лес потеряем, это будет непростительно. И все равно, несмотря на запрет, у нас уже есть нарушители. За текущий сезон пять протоколов составлено по мусору. Девять – по кострам.

— Как решаете вопрос с уборными?

— Кто их будет обслуживать? Как? На мероприятиях ставят биотуалеты – туда зайти невозможно! Мы попросили лесопользователя, чтобы он хотя бы платный туалет сделал. Но когда это будет, не могу сказать.

Платная зона

— Мы уже в процессе, — уверяет лесопользователь Борис Люфт (хозяин платной зоны за забором). — На четыре кабинки туалет подготовили. Сейчас вторая яма на подходе – еще на четыре. Всего будет восемь кабинок. Металлокаркас стоит уже, кровлю натянули, осталось обшить профлистом. Но прежде надо забор завершить. Потому что, если будет открытая зона, не получится следить за туалетом. Уже завезли асфальт, постелили. Скорее всего, на следующей неделе закончим.Думаю, за посещение будем брать по 50 тенге. Плата за то, что человек будет там убираться.

— Почему вы решили этим заниматься?

— Мы сами местные, с Пришахтинска. Любим лес, постоянно здесь отдыхаем. И не хотели бы, чтобы с лесом что-то случилось. За людьми конкретно надо следить. Такое вытворяют, что офигеваешь. Мы помогаем лесникам. Сами вывозим мусор, сами убираем и со своей территории, и из леса. Лесники не будут же с собой пакеты таскать. По 20 пакетов от одной компании остается!

— Какие у вас на пустыре удобства?

— Кроме мангала, есть печь под казан, лавочка, столы для разделки мяса. Умывальник. Можете помыть руки, посуду сполоснуть.В дальнейшем будет спортивная площадка. Зимой будет каток, горка. Подготавливаем теплое помещение, куда люди смогут зайти, переодеться, попить горячего чая. Сейчас обсуждаем, как сделать зимний туалет.