«Пусть „сватают“». Тамбиев — о задачах «Сарыарки», непростом сезоне и возможностях в КХЛ

Два года подряд латвийский специалист Леонид Тамбиев признавался лучшим тренером ВХЛ и выигрывал Кубок Петрова — сначала с питерским «Динамо», а потом и с «Сарыаркой». Давно ходят слухи о его возможном появлении в КХЛ, но сам Тамбиев говорит, что не торопится работать в лиге. 

— Старая спортивная мудрость — «чемпионство сложнее сохранить, чем завоевать». Сейчас чувствуете это на себе? «Сарыарка» проводит непростой сезон.
— Непростой — это точно. По ряду обстоятельств и причин это сложный сезон, и настраиваются на «Сарыарку» по-другому. Но так же было и в Питере, после чемпионства «Динамо». Я все понимаю и готов к этому. Тяжелее донести до ребят, тем более — до новых, которые вливаются в команду.

— Сказывается, что многие игроки покинули команду, в том числе ушли на повышение в КХЛ?
— Конечно, сказывается. Но это предсказуемо, то же самое было в «Динамо». И после окончания сезона я говорил об этом руководству. Палка о двух концах: команду, которая выигрывает чемпионство, потом разбирают. Эти игроки на слуху и на виду, и предсказуемо, что они покидают клуб. Можно только порадоваться за ребят, что они играют в КХЛ, а некоторые даже неплохо.

— Но никто не смог по-настоящему выстрелить в КХЛ.
— Нужно, чтобы сложились обстоятельства. Должен быть свой тренер, который поверит в игрока. Без тренерского доверия тяжело раскрыться, тем более в такой лиге, как КХЛ. Пропасть между КХЛ и ВХЛ есть, но она небольшая — в плане движения, скорости. Есть пропасть, если говорить о мастерстве, о хоккейной школе. Стабильно в составе играют Леонид Метальников в «Барысе», Олег Ломако в «Адмирале», до последнего времени — Руслан Ибатуллин. Константин Соколов расторг контракт с ХК «Сочи» и возвращается к нам. Мне приятно, что он решил обратно приехать ко мне в команду.

— Почему у них не получается в КХЛ?
— Во-первых, им нужно понимать, что ВХЛ — это все-таки лига на уровень ниже. Игроки должны перестроиться сами — относится к своим обязанностям более профессионально, и быть готовыми к любым неожиданностям, например, к попаданию в ротацию. В ВХЛ они все были лидерами, выходили в первом-втором звене, много играли в большинстве, а в КХЛ это все нужно заслужить, завоевать. Игроки должны в КХЛ выполнять любую роль, которую ставит тренеры, но не все к этому оказываются готовы. Поэтому бывают надломы, кому-то не хватает настырности, характера, терпения. Мастерства в том числе. Считают, что если в ВХЛ они забили 30 голов, то в КХЛ будет так же. Ни в коем случае! В КХЛ другие вратарские линии, другие полевые хоккеисты и уровень мастерства разительно отличается.

— У вас в прошлом сезоне играл Максим Кицын. Вы поняли, что ему не хватило, чтобы стать звездой, как другим игрокам золотой молодежки?
— С Максимом интересная история. Когда я пришел в «Сарыарку», я все хотел понять, что произошло с ним. Сначала у меня было одно мнение, но потом я понял, что Кицын — профессионал от А до Я. Первый — в раздевалку, последний — из раздевалки. Мне даже приходилось выгонять его из тренажерного зала, потому что уже видел, что перебор. Я считаю, что Макс слишком рано отправился в Америку и уехал неподготовленный, и там его сломали. Поэтому пошел спад в хоккейной карьере. Сломаться можно очень быстро, найти игру — сложнее. Я очень рад за Максима, что он смог перезагрузиться именно в «Сарыарке» и сейчас очень ярко играет в Новокузнецке. Могу только за него порадоваться. У Кицына есть все, чтобы играть в КХЛ. Он хоккеист физически сильный с пониманием игры, который может быть полезен для команды как в меньшинстве, так при игре «5 на 5». Так что я думаю, что его сломали в Америке. Нужно было набраться опыта в России, поиграть в КХЛ и потом окрепшим, готовым ехать за океан. А он сорвался после молодежного чемпионата мира. Плюс травмы. С ним там не стали возиться.

— В ВХЛ часто попадаются игроки с неудачным опытом за океаном? Вот, например, в вашем составе есть Владимир Ионин.
— Российских игроков не так много, но хватает. Молодой защитник Андрей Голиков у нас в составе есть, игравший в CHL. Больше таких латвийских хоккеистов, которые у меня выступали в молодежке, уехали в Канаду — и никто не пробился. Сейчас в «Сарыарке» играет Эдгарс Кулда, задрафтованный «Финикс Койотс». У него тоже в Северной Америке не сложилось.

— Слишком рано все поехали?
— Там как лотерея. Североамериканские тренеры очень специфичны, а в российской, советской школе все ребята техничные. Поэтому адаптироваться к североамериканскому хоккею сложно, и не всякому канадскому тренеру нравятся техничные игроки. Смотрите, что происходит с Никитой Гусевым. По мне, это ярчайший нападающий. И как сложно ему адаптироваться в «Нью-Джерси»! Ребят ломают там, и не каждый момент выдержать. Так что, смотря в какую команду попадешь, с каким тренером, с каким отношением. Опять же важно знание языка.

— После чемпионства с «Динамо» вы говорили, что некоторые игроки почувствовали себя новыми Ларионовыми. В «Сарыарке» такое было?
— В «Динамо» была другая история, там сохранился костяк. В июле-августе игрокам нужно было почувствовать себя Ларионовыми, Макаровыми. Надо было, чтобы у них опять появились мотивация, цель, чтобы выступать в ВХЛ и выиграть Кубок. В «Сарыарке» очень мало хоккеистов осталось после чемпионства, это сейчас они возвращаются обратно. Как тренеру мне приятно, что они едут ко мне и хотят еще раз попробовать выиграть. Вернулись Айрат Зиазов, Артур Сарваров, Константин Соколов. Поэтому «Сарыарку» и «Динамо» нельзя сравнивать. В Караганде мы потеряли 70% состава.

— Конкуренция в ВХЛ выросла в этом сезоне?
— В этом году турнирную таблицу разделили на Восток и Запад. Как время показывает, восточная группа очень ровная и все идут плотно. Если сравнивать проходной балл: на Востоке — 39 очков, а на Западе — 33. При двухочковой системе 6 баллов — это очень большая разница. Восток — очень непредсказуемый, за выход в плей-офф будет сумасшедшая борьба. Конечно, конкуренция в этом году повысилась. Представляете, нужно попасть в 16 лучших из 34 команд? То есть 18 клубов не будут играть в плей-офф!

— На этот сезон у вас такие же высокие задачи остались?
— В «Сарыарке» всегда так, и я перед собой ставлю только высокие задачи и делаю все, чтобы их решить. Если не ставить максимальные цели, то зачем вообще играть?

— Много приходилось слышать, что в Караганде лучшая организация, особенные болельщики. Это действительно так?
— Это мой второй приход в «Сарыарку», и могу сказать, что клуб развивается в правильном направлении. Здесь очень хорошие болельщики. Как говорят, «Сарыарка» = Караганда, Караганда = «Сарыарка». Это любимый клуб в городе, прекрасный дворец на 6000 зрителей, хороший менеджмент. Созданы все условия для проживания хоккеистов, нам грех жаловаться. «Сарыарка» — один из старожилов Высшей хоккейной лиги. Люди здесь знают, в какую сторону двигаться.

— Вас на улицах узнают болельщики?
— Не буду лукавить, после чемпионства узнают. Приятно. Подходят, удачи желают. В среднем на игры команды приходят 4-4,5 тысячи зрителей, а во время плей-офф было настоящее сумасшествие. Мне присылали видео: за билетами на полуфинал и финал выстроилась огромная очередь, люди ночь стояли.

— Вас постоянно «сватают» в КХЛ. Недавно вот в ХК «Сочи» отправляли, вы сами об этом знаете?
— Пусть «сватают». Я работаю в «Сарыарке», и меня здесь все устраивает. Мне важно мое развитие как тренера. В прошлом году было одно, сейчас — ситуация сложная, нужно заново создавать команду. Как я всегда говорю — надо, чтобы плод созрел до конца. В КХЛ нужно идти подготовленным тренером, со знаниями, с опытом. Я не хочу придти, и чтобы меня через месяц уволили. Я хочу придти со своей позицией, видением, системностью и шагнуть уверенно. И спокойно работать, какая бы экстремальная ситуация ни была. Я слежу за лигой, и таких ситуаций там бывает много. Перед каждой игрой — подготовка, разбор соперника, а в КХЛ все это вдвойне. Если в ВХЛ мелочей нет, то там тем более.

— После неудачи второго шанса могут и не дать.
— Да. Я вижу, как складывается судьба многих тренеров в КХЛ. Поспешили, были не готовы к такому давлению — со стороны менеджеров, директоров, болельщиков. Где-то тренеры поплыли и не справились. Не хочу наступать на те же грабли. Если поступит серьезное предложение и если я почувствую, что готов, то можно будет идти работать. Я хочу придти подготовленным специалистом, чтобы знать все нюансы и тонкости — большинство, меньшинство, позиционная оборона, средняя зона, игра без шайбы, психологию игроков и то, как готовить команду в межсезонье и во время чемпионата.

— Переговоры с кем-то у вас были?
— Это неэтично по отношении к «Сарыарке». Могу сказать, что у меня есть агент, который всем занимается, а я спокойно работаю в команде. Агент — профессиональный, он давно работает с тренерами и игроками, я ему во всем доверяю и не лезу в эту «кухню». Будет предложение — обсудим все. Я сам лично ни с кем ничего не обсуждаю, все через агента.

— Как вы относитесь к своей репутации «тренера с характером»?
— Мне уже много раз задавали этот вопрос. И я всегда говорю, что хорошо, когда у тренера есть характер, харизма и плохо, когда их нет. У меня просто есть своя планка к игрокам, к тренерскому штабу, ко всем. Все должны работать в унисон на результат, начиная от точильщика, заканчивая главным тренером, тогда пазл сложится, и команда сможет выиграть Кубок. Я выиграл два Кубка и знаю, как это работает. Если бы у меня не было характера, я бы не смог побеждать.

— Вам нужны люди, которые подходят под ваши требования?
— Мне нужны профессионалы, которые будут любить эту команду и игроков, жить результатом. Это и массажисты, и точильщики коньков, и те, кто стирают форму. Все должны быть профессионалами своего дела, чтобы никого не нужно было подгонять. Тогда и будет результат.

— Также вас сравнивают с Петерисом Скудрой, как к этому относитесь?
— Я знаю Скудру, знаком с его методами. С ним лично я никогда не работал, но я слежу за многими тренерами. Но не знаю, как он ведет себя в раздевалке. Команды у него играли по-разному: «Торпедо» показывало один хоккей, «Трактор» — другой, но там была более молодая команда. То, что Скудру точно отличает, — это хорошая физическая готовность, хорошее движение, команды играли без провалов и срывов. Но в «Тракторе» не получилось, потому что, скорее всего, травмы подкосили плюс молодежь неокрепшая — играли многие ребята из «Челмета». Похожи мы или нет — не мне судить. Но стиль его работы мне нравится.

— Работа каких тренеров КХЛ вам симпатизирует?
— Мне все тренеры КХЛ симпатизируют, так как я понимаю, насколько это сложный труд, какое давление они испытывают в сегодняшнем хоккейном мире. У каждого своя система, свой подход к делу. Я представляю, сколько тренеры работают, сколько у них бывает экстремальных ситуаций в сезоне. У меня уважение ко всем.

— Раньше была некоторая информация о втором клубе КХЛ из Казахстана или Питера. Вы работали и там, и там. Где еще одна команда КХЛ появится быстрее, на ваш взгляд?
— Даже не знаю, это не мне решать. И в Питере, и в Казахстане может появиться вторая команда, и это будет событие для КХЛ. Думаю, что еще один клуб с хорошей инфраструктурой, ледовым дворцом, бюджетом и маркетингом не помешает.