Карагандинский харпер Сергей Владимиров: «Тут все нужно брать горлом»

Несколько лет назад карагандинский предприниматель Сергей Владимиров услышал, как американский инвалид-колясочник аккомпанирует на гармонике легенде «Deep Purple» Джону Лорду. И заразился необычной для нашего города страстью. У нас нередко губные гармошки покупают в подарок. В этом случае энтузиазма у новичка хватает всего на несколько минут занятий с инструментом. Он быстро устает, потом необычный презент забрасывает навсегда. А вот Сергей так просто не сдался. В свою первую гармошку он усердно дул около года – днем и ночью, дома и на работе. Пока однажды не почувствовал, что силой и напором тут ничего не добьешься. 

И вот тогда Сергей, наконец, расслабился. Прочувствовал гармошку как продолжение своих губ. И больше уже не стремился вдуть и вытянуть обратно как можно больше воздуха. Он просто стал через нее дышать. Гармоника, наконец, заиграла.

Теперь для Сергея гармошка – это самый отзывчивый и душевный инструмент. На него бизнесмен готов тратить все свои свободные деньги.

Сегодня он уже играет не хуже, чем западные харперы, по крайней мере, по мнению многих его поклонников. Хотя сам музыкант считает, что до совершенства ему далеко. Он верит, что существует некий особенно глубокий секрет хорошего блюза, который можно не раскрыть и за всю жизнь. Так говорят и западные единомышленники Сергея, с которыми он общается в интернет-сообществах.

Секрет второй дырочки

Конечно, недостаточно просто расслабиться и полюбить гармошку. На самом деле любой серьезный харпер прежде всего ставит себе дыхание диафрагмой. Но не совсем такое, как тренируют профессиональные певцы и трубачи, которым нужно контролировать только свой выдох. В отличие от них, гармошечники извлекают ноты не только на выдохе, но и на вдохе. Продвинутые харперы даже говорят о том, что нужно развить в себе не меньше, чем «дыхание йогов», или «дыхание дзен». Если верить им, то процесс обучения игре на гармошке – это чуть ли не медитация. Многие вещи тут зависят не от технических навыков, а от воображения музыканта. От того, насколько глубоко он сможет проникнуться тем образом, который сам себе нарисует.

- Здесь очень тонкая вещь, – говорит Сергей. – Вам не удастся сыграть понравившуюся мелодию, потому что на губной гармошке нет диезов (если сравнить с фортепиано, отсутствуют черные клавиши). Поэтому тут все нужно брать горлом. То есть с одной дырочки я могу выдуть четыре ноты. Это меня до такой степени затянуло! Тем более когда стало получаться делать диафрагмой и горлом нужный звук. После я вообще просто не смог бросить. Просто не смог.

Новичкам, в частности, советуют не торопиться, успокоиться, зажать нос рукой или прищепкой. И мысленно сосредоточиться на том, как воздушная струя не просто попадает в гармошку, а выходит из тыльного отверстия на несколько сантиметров вперед параллельно язычку. Именно параллельно, иначе нота может вообще не прозвучать.

- Это проблема всех новичков, – объясняет Сергей. – Всем нам хочется всего и сразу, хочется быстро научиться. Но есть много нюансов. Возьмите любую гармошку и попробуйте из второй дырочки на вдох извлечь звук. Вы не извлечете. Это такая особенность. Тут нужно добиться особого положения языка и горла. Новички этого не знают. Как же так? Третья и четвертая дырочки звучат, а вторая – нет. Думают, что инструмент неисправен, начинают разбирать, копаться внутри – и только все портят. – Чем отличается гармошка от любого другого инструмента? На фортепьяно или на гитаре вы видите свои руки. Здесь такого нет. Нужно интуитивно, мышечно развить музыкальный слух. В горле должна появиться мышечная память, я бы так сказал.

Личная гигиена

Естественно, корреспонденту nv.kz сразу захотелось превратить интервью в небольшой мастер-класс для начинающих. Разве можно упускать такую возможность? Тем более, слушая об особых техниках глубокого дыхания и тренировке мышц горла, начинаешь подозревать, что игра на губной гармошке полезна для здоровья.

- Что вы! – возражает Сергей. – Ничего такого не ищите. Ангиной я болею, как все. И дыхание у меня обычное. И курю я, хотя хотелось бы бросить. В нашем деле не нужно иметь такие легкие, как трубачу, чтобы выдувать какие-то фуги.

У Сергея 35 обычных гармошек. И еще две коллекционные 1935 года выпуска, купленные в Штатах за 45 тысяч тенге каждая. На всех инструментах хозяин играет только сам. Даже корреспондентам nv.kz в виде исключения не разрешил дунуть пару раз.

- Это же личная гигиена! Это как зубная щетка. Вы же не будете ею пользоваться после меня? Вот и я после вас не буду. Иначе ее придется разбирать по болтикам, по винтикам и дезинфицировать в ультразвуковой ванне, которая предназначена для ювелирных изделий.

- Скажите, а чего делать не надо, когда играешь на гармошке?

- Водку пить, есть селедку и чеснок. Это у меня табу. Иначе потом никакой звуковой машинкой запах не отобьешь. Свою же гармошку возьмешь в рот – будет запах селедки.

Первая гармошка

Музыкального образования у Сергея нет. По специальности он инженер-радиотехник. В советское время работал в аэропорту – ремонтировал навигационное оборудование. Потом устроился в клинику, в отделение искусственной почки. Именно там он взял в руки свою первую гармошку. Это был подарок одного больного музыканта, с которым подружился инженер. Однако тогда Сергей не смог совладать с инструментом. И лишь спустя много лет, когда простой электронщик стал директором собственной фирмы, занимающейся видеонаблюдением, у него появилось свободное время на занятия для души.

- Кто-то интересуется рыбалкой, кто-то – охотой, – улыбается он. – А я люблю делать то, что люблю. И душа моя поет.

- У вас есть в Караганде единомышленники?

- У нас в Караганде нет вообще ничего. Все свои гармошки я заказываю либо в Болгарии, либо в Москве. Они приходят сначала к мастеру Джим-болгарину (он бывший житель Кустаная), который их доводит до ума и высылает мне. Вот этот чемоданчик с инструментами стоит 2200 евро. А у нас я пытался создать клуб любителей гармошки. Собралось человек 25. Но на трех заседаниях клуба все закончилось. Потому что народ приходил просто попить пива. А чему-то научиться, что-то показать – либо времени не хватало, либо желания, либо усидчивости. Клуб закрылся на мне. Люди попили пива, пообщались, и все.

- У них такие же чемоданчики?

- Откуда, вы что? Я к этому пришел. К тому же, мне позволяет мой заработок. Многие говорят: извините, но тратить такие деньги на гармошки – это ненормально. На самом деле в Караганде только я играю на гармошке. И мне очень одиноко. Хотел бы пообщаться с человеком, который играет лучше меня.

Игрушка для взрослых

- Ваших родственников гармошки не напрягают?

- Честно скажу, мама моя как-то сказала: Сережа, ты взрослый дядька, директор фирмы, что это за игрушки такие? Тогда я подвел ее к компьютеру, открыл сайт российских харперов. А там было как раз фото заслуженного гармошечника, профессора из питерского вуза. Говорю: мама, смотри, этому человеку 67 лет, он выступает на конкурсах и на фестивалях. Мама пожала плечами. Но позже, когда она первый раз пришла на наш концерт и послушала, была в шоке. Ей однозначно понравилось. Гармошка у всех ассоциируется с неполноценным детским инструментом. Многие думают, что это игрушка. В действительности это очень сложный инструмент. Если, конечно, играть так, как нужно.

То, что делает Сергей Владимиров, нравится не только его маме. У его недавно созданной группы «Паровоз СВ» есть уже постоянные поклонники, которые стараются не пропускать выступлений коллектива. В нем все устроено для того, чтобы гармошки солировали во всей красе. Для этого карагандинский харпер даже заказал специальные микрофоны – у американского мастера Рона, который вручную изготавливает музыкальное оборудование для всех гармошечников мира. 

Анастасия Машнина
http://www.nv.kz