Журналист меняет профессию: кардиохирург

Проект «Журналист меняет профессию» рассказал читателям более чем о двадцати различных специальностях. Казалось бы, на этом можно остановиться, но каждый раз появляются новые идеи, отказаться от которых невозможно. Если говорить откровенно, то журналист Алиса Войташенко опробовала на себе лишь те профессии, которые на слуху. Они, несомненно, являются важнейшими, но, в тоже время, о скольких людях, которые выполняют нужную работу для общества, можно было бы написать еще, если бы ресурсы времени и сил были безграничны! Пока запал не пропал, для вас еще один материал, которым Алиса наверняка будет гордиться всю жизнь. Сегодня вы узнаете о том, как журналист поменял профессию на профессию кардиохирурга.

Признаться, мечтать о том, чтобы хоть на минуту оказаться рядом с кардиохирургом во время операции на сердце, я даже и не думала. У меня и в мыслях не было такого, чтобы дерзнуть и попытаться попасть туда, где людям спасают и продлевают жизнь. А получилось вот как…

Те, кто следит за рубрикой, помнят о том, как я один день проводила с врачами скорой помощи. Этот материал достался непросто, но именно ценой собственных переживаний удалось правдиво передать события того дня. Когда я уходила со станции скорой помощи, о моих впечатлениях поинтересовался заместитель руководителя Областной станции скорой помощи Юрий Бокач. Конечно, я сказала, что это был очень тяжелый день, и удивилась тому, как врачи выдерживают ту ответственность, которая лежит на них.

Юрий Иванович, видимо, к теме об ответственности, сказал вот что:

– Мой сын – кардиохирург. Когда команда врачей делает операции на рабочем сердце, я могу только восхищаться их профессионализму. Оно бьётся каждую секунду, а кардиохирург должен уметь твёрдой рукой делать необходимые манипуляции.

На этом разговоре мы расстались.

После того, как вышел материал о врачах скорой помощи, последовал звонок из Управления здравоохранения Карагандинской области. Приятно было услышать, что статья понравилась. Более того, там предложили пойти менять профессию еще в какое-нибудь медицинское учреждение. И тут я сразу вспомнила о кардиохирургах и о самом важном органе человеческого тела – сердце, без раздумий я предложила такой вариант, и, к моему удивлению, услышала согласие.

Кардиохирургический центр

Любая смена профессии начинается со смены формы одежды. Редкий случай, когда меня не переодевали, белый халат я надевала уже не в первый раз. Меня поручили врачу-ангиохирургу первой квалифицированной категории Азамату Жашкееву. Несмотря на то, что Азамат Кенжинович всегда очень занят, в тот день он показал мне всё, что есть в кардиохирургическом центре. И я за это очень благодарна.

Итак, мой день проходил в Областном кардиохирургическом центре. Специалисты этого медицинского учреждения оказывают услуги по интервенционной кардиологии, взрослой и детской кардиохирургии, аритмологии, сосудистой хирургии. Всё лечение проводится согласно международным стандартам.

Сегодня центр оснащен современным высокотехнологичным медицинским оборудованием на 100%. А специалисты центра проходят обучение в Италии, Израиле, Германии, России и Польше. Среди таких вот людей удалось мне побывать в течение целого дня.

Прийти пришлось к восьми часам утра. В это время Азамат Жашкеев был уже на рабочем месте. Вместе с ним мы прошли в отделение сосудистой эндоваскулярной хирургии, где он является заведующим.

- Вечером температура была 37 и 6, наутро 36 и 4. На ночь сделали укол кетонала и димедрола, ночью более-менее спал, - примерно так медсестры отчитывались о каждом больном.

Девушки рассказали обо всех, кто находится в отделении, большинство из пациентов - после операции, и за каждым необходим круглосуточный присмотр.

После небольшого совещания мы направились на обход. Как это обычно бывает, Азамат Кенжинович остановился возле каждого больного, спросил о самочувствии, дал некоторые рекомендации, как пациентам, так и медицинскому персоналу.

Пробежавшись по палатам, мы спустились на первый этаж, куда экстренно поступил мужчина с болями в грудной клетке.

- С трех часов ночи стало гореть в груди, - пожаловался мужчина, тяжело вдыхая.

Пациента уложили, сразу же рядом с больным появился аппарат УЗИ. Азамат Кенжинович, глядя в экран, определил, что проблем с сердцем нет, но мужчину отпускать не торопились. Возможно, на экране удалось увидеть не всё, передав работу врачу-кардиологу, Азамат Кенжинович направился по другим делам.

Путь к сердцу любого мужчины, да и женщины, лежит через артерию

После выполнения этих, может быть, не столь интересных, но очень важных задач, меня определили в рентгенооперационный блок.

Эта операционная состоит из двух комнат. В одной стоит ангиографическая установка - аппарат, с помощью которого можно увидеть каждый сосуд сердца. Установка работает методом облучения. В кровь пациента вводится контраст, который достигает сосудов, при помощи минимального облучения они становятся видны на экране. Вторая комната - за стеклом. Там стоят компьютеры, на которых отображаются и фиксируются все манипуляции, которые врач делает на сердце.

Отсутствие крови в этой операционной мешает понять то, что операция без хирургического вмешательства не менее жизненно важная, чем операция, при которой приходится делать разрез. Но об уникальности такого способа лечения я смогу рассказать.

Чтобы я могла войти в операционную и сделать фотографии, на меня надели защищающий от облучения костюм. Затем мы стали наблюдать за операцией. Сначала удалось увидеть коронарографию - это метод исследования, при котором врачи определяют, в какие из сосудов не поступает кровь. Закупоренные сосуды - это основная причина различных заболеваний сердца, в первую очередь речь идет об ишемической болезни. На экране четко видно, в какие сосуды попал контраст, а в какие нет. После этого исследования врач принимает решение, как лечить пациента - с помощью хирургического вмешательства или же используя эту же ангиографическую установку.

Осмотрев сосуды одного пациента, следом привозят другого - уже на операцию. Врачи назвали это стентированием. Если проще объяснить, во время операции в забитый сосуд вставят устройство (стент), которое его расширит. Пациент при этом находится в сознании, но совершенно не чувствует боли. Ему могут обезболить место, через которое вводят катетер, а всё, что будет проходить в сосудах, он не почувствует, так как внутри них нет нервных окончаний.

Так или иначе, всё время операции, а длится она примерно 40 минут, рядом дежурили врач-анестезиолог и реаниматолог - на всякий случай.

Тут чувствую, тут не чувствую

Посмотрев на эти чудеса современной медицины, а это действительно чудо, когда в человеческое сердце можно попасть через артерию и вылечить его, Азамат Кенженович позвал меня на операцию по удалению варикоза.

- Это самая неинтересная операция, которую делают в нашем центре, - посмеялся он, - но, чтобы вы имели представление, пойдемте со мной.

Тут уже экипировка была посерьезнее. Переодевшись, я вошла в операционную.

На столе лежал мужчина. Вены на ногах ему предварительно пометили зеленкой. Честно сказать, я волновалась - вдруг от вида крови мне станет плохо. Но, видимо, дежурство в различных больницах города дало свои плоды, и я относительно спокойно отнеслась ко всему происходящему. А врач резал, что-то доставал из ноги и зашивал. Мужчина не чувствовал только нижнюю часть тела, по-моему, ему было не очень удобно лежать на животе - он то и дело ворочал головой, других жалоб от него не поступало.

Между тем в глаза бросался вид операционной. Много света, всё идеально чистое и новое, ассоциации только самые приятные.

- У вас здесь так красиво, - сказала я.

- Вам понравилось здесь? Хотите к нам еще? - улыбнулся Азамат Кенженович.

- Не то чтобы я хотела снова сюда попасть, но операционная выглядит красиво, - из суеверия уточнила я.

Всё описанное выше - важнейшая работа кардиохирургического центра, но, конечно, больше всего я ждала, когда же мне позволят увидеть операцию на открытом сердце. А с этим возникли сложности. В первый день меня не пустили, уж не знаю по какой причине. Не подумайте плохо, но написать о работе кардиологического центра в полной мере невозможно, не увидев эту операцию. Я направилась в администрацию. Там возмутились моим желаниям и посоветовали посмотреть видео в интернете. Но невозможно писать о том, чего не видел никогда в жизни! Не врать же мне, что я была на операции, когда на самом деле видела лишь видео, снятое кем-то! И, о чудо, с операции вернулся директор центра Арыстан Магзумов. Оказалось, что произошло недоразумение, и попасть я смогу на операцию, но уже завтра. Конечно, я пришла.

Шунтирование

Жизнь - такая хрупкая вещь... Ни одна живая душа не сможет назвать нам точное количество лет, дней и часов, которое мы проживем. Жить хочется всем. Желание возрастает вдвойне, когда человек узнаёт о болезни, которая неизбежно приведет к смерти. А к кардиохирургу попадают именно те люди, которые без лечения неизбежно покинут этот мир. В руках кардиохирурга огромная власть - продлить жизнь человеку. Представьте, насколько это ответственно - еще раз дать возможность жить!

- Пациентов к нам привозят с работы, из дома, с улицы, а мы разбираемся, какую помощь нужно оказать пациенту, - говорит врач-кардиолог с шестилетним стажем Елена Катунина. - Мне нравится моя работа за то, что нужно быстро принимать решения. Нравится осознавать - от моих действий зависит жизнь, и знать, что я могу помочь человеку.

Кардиолог говорит, что бывала масса случаев, когда пациенты поступали с нормальной кардиограммой, и вроде, не нужна операция, но, учитывая опыт, её всё-таки делали, и оказывалось, что ситуация не терпит промедления.

Всё, что пишут о кардиохирургах и кардиологах в интернете, это то, что они регулярно видят боль и горе. Сердце - орган непредсказуемый. И нужно изо дня в день не только поздравлять родных больного с успешной операцией, но и объяснять, почему человек не выжил, почему не удалось заставить сердце биться так, как оно билось все эти годы.

- Конечно, бывало, что не удавалось помочь пациенту. В палате находятся двое - один готовится к выписке, а второй поступил в тяжелом состоянии. И ты думаешь, что у одного всё будет хорошо, а второй не выдержит. А получается наоборот. Да, пациенты уходят из жизни. Поначалу тяжело, но потом просматриваешь свои действия, убеждаешься, что сделала все, что могла. Первый год работы я думала, что могу всех спасти. Со временем поняла - это невозможно.

Это говорит кардиолог, а ведь на кардиохирургах лежит еще большая ответственность. Нет, я не умаляю работу кардиологов, но всё же работа кардиохирурга сложнее в разы, и кардиолог с этим соглашается.

- Кардиохирург - это тяжело, трудно и ответственно. У меня в приоритете семья, я хочу приходить и уходить с работы вовремя. Я не могу остаться на сутки или приехать ночью. Это больше мужская профессия, - говорит Елена Катунина.

Оставляет ли такая работа отпечаток на кардиохирургах? Поговорить с ними сложно - всегда в работе. Урывками я узнала, что близко к своему сердцу они стараются не принимать происходящее. На операции человек весь закрыт, открыт только оперируемый участок. Врач видит объект своей работы и делает то, что должен, не идентифицируя сердце с человеком.

- Поначалу нам всем хотелось оперировать, но когда начинаешь больше понимать и узнавать о возможных осложнениях, появляется страх. И нет такого рвения, стараешься подготовиться лучше. Я осознаю ту ответственность, которая лежит на мне, - говорит кардиохирург.

Ну вот, я готова зайти в операционную. Меня пустили не сразу. Когда я зашла, сосуд уже достали из ноги, его пришьют к сердцу вместо пораженных сосудов. Грудную клетку открыли, раздвинули ребра, подключили аппарат для искусственного кровоснабжения. Я аккуратно вошла.

- Становитесь здесь, чтобы вам было видно, - сказал мне Арыстан Магзумов. - Сейчас мы вам покажем, как останавливается сердце. Мы никому этого не показываем, а вы увидите.

Я стояла в изголовье на небольшой подставке и заглядывала внутрь. Между раздвинутых рёбер лежал самый главный орган человеческого организма - сердце. И оно билось! Это очень волнительно. Столько существует лирических выражений о сердце, и вот я вижу его - настоящее и живое. Правда, вопреки ожиданиям, сердце было не красным, а желтым. Жир, который полностью обволакивал сердце, стал причиной того, что появилась необходимость замены сосудов. Я ведь не сказала, что операция называется шунтированием, когда с помощью сосуда, взятого с ноги, создается канал, по которому будет кровоснабжаться участок сердца, где сосуды уже поражены. Надеюсь, что моё объяснение звучит не слишком забавно.

- Сейчас мы вводим холодный раствор, чтобы остановить сердце. Вот, смотрите, оно перестало работать. У нас есть около часа, чтобы сделать всё необходимое. Кровоснабжение и газоснабжение будут поддерживаться искусственно.

Я посмотрела в лицо человека, лежащего на операционном столе. Это был мужчина, лет пятидесяти. Наверняка, он чей-то муж, отец, брат. Кто-то сейчас молится за него, ждет окончания операции, о том, чтобы всё успешно завершилось, подумала и я. Ведь кто этот человек сейчас? Сердце его не бьется - и тут уж выражение "между жизнью и смертью" как никогда кстати.

- А можно я вернусь, когда сердце начнет снова биться? - спросила я.

Сердце остановилось... отдышалось немного... и снова пошло

Целый час я сидела в ожидании, когда меня позовут.

- Сейчас мы будем выводить раствор, запускать сердце.

И я увидела, как оно снова пошло! Честно, я такая счастливая вышла из операционной. Я увидела настоящее чудо. Люди, такие же, как мы с вами, дали возможность жить еще долгие годы другому человеку. В таком же настроении я уходила из родильного отделения, когда увидела рождение ребенка. Но роды - это естественный процесс, чего не скажешь о шунтировании сердца.

Давление постепенно выровнялось, появился пульс. Пациенту к сердцу прикрепили электрод, на случай если пострадает метрическая функция сердца и появится необходимость в его стимуляции. Электрод выводится наружу, через пять суток его удалят.

- А когда человек начнет жить полноценной жизнью? - спросила я.

- Нуу, когда... Как очнется, так и будет жить полноценной жизнью, - заверил меня кардиохирург.

После этого обещания я со спокойной душой и с чувством выполненного долга вышла из операционной.

Профессия кардиохирурга - это нечто особенное. Человек может жить без рук и ног, не иметь зрение или слух, но без сердца жить не получится. Кардиохирурги, которые умеют совершать операции на сердце, заслуживают уважения и огромной благодарности за их труд. Мне хотелось бы, чтобы у всех тех, кто заботится о наших сердцах, были в жизни благополучие, достаток и радость. И пусть у каждого кардиолога сердце бьется согласно правильному ритму.

А в преддверии Дня медицинского работника коллектив ИА eKaraganda.kz от души поздравляет всех, кто связан с медициной, с этим праздником. На самом деле, все мы ценим врачей, медсестер и санитаров. И понимаем, что без вас нам никуда. Спасибо!

Алиса ВОЙТАШЕНКО, фото автора