Полиция Караганды не хочет возбуждать дело о смерти ребёнка

В специализированный межрайонный суд по уголовным делам Караганды поступили материалы досудебного расследования по факту ДТП со смертельным исходом. На скамье подсудимых – 32-летний Евгений Ширяев. В конце прошлого года он сел пьяным за руль и выехал на встречную полосу по трассе Абай–Дубовка.

В результате столкновения с автомобилем Mercedes шесть человек получили травмы – все пассажиры встречной машины и сам виновник аварии. Но больше всех в ДТП пострадала 21-летняя Ольга Васькова, которая в тот момент была на 27-й неделе беременности. У неё оказалась пробита височная кость.

Женщину доставили в больницу Абая, где ей зашили голову. В это время ещё было зафиксировано сердцебиение ребенка. Чтобы спасти жизнь малыша, её перенаправили в Караганду. В 20:40 карагандинские врачи сделали Васьковой кесарево сечение. Но мальчик к тому времени, увы, уже задохнулся кровью матери, поступившей в брюшную полость от разрыва селезёнки. Сама женщина умерла на операционном столе в 21:50.
Хотя авария произошла 14 декабря 2015 года, материалы досудебного расследования были зарегистрированы лишь 8 января 2016 года. Спустя неделю после этого виновника ДТП взяли под стражу. И то исключительно из-за того, что родственники жаловались во все инстанции. После поднятой шумихи начальник ДВД Карагандинской области Мергенбай Жаппаров взял расследование этого дела под личный контроль.

Однако даже наличие такого "шефства" не позволило родственникам добиться того, чтобы следователи признали факт смерти двух лиц – матери и малыша. Уголовное дело возбуждено по факту ДТП, повлекшего смерть одного человека.

По версии следствия, Васькова умерла беременной. Однако кесарево сечение ей сделали за час до наступления биологической смерти. Плод, как называет полиция малыша, был мертворождённым ребёнком. Более того, родственники смогли зарегистрировать этот факт и получить свидетельство о перинатальной смерти и заключение о регистрации рождения.
Кстати, документы выданы под номером "1". Дело в том, что ранее плоды не вскрывали. Но недавно Казахстан ратифицировал международные документы, согласно которым такие дети, как и все умершие граждане, должны проходить процедуру вскрытия для выяснения причин смерти.

"Согласно этому документу у ребёнка появляется фамилия, имя, отчество – Васьков Давид Станиславович, то есть он становится человеком, гражданином, – говорит тётя погибшей Любовь Лукьянова. – С момента рождения у человека появляется право на жизнь. Но наш Давид родился мёртвым, значит, кто-то нарушил его право на жизнь и, соответственно, должен понести наказание. Почему нет уголовного дела за причинение смерти ребёнку? Почему следователи не называют его по фамилии, имени, отчеству, а именуют "плодом"?"

Родные обратились в прокуратуру с требованием переквалифицировать статью, чтобы водитель отвечал за смерть двоих человек, а не одного. Надзорный орган отказал. Тогда родные попытались обжаловать ответ прокуратуры через суд.

"Нам судья на процессе говорит: "Это вами прокурор должен заниматься! Откуда вы взяли справку о мертворождении?" – рассказывает Любовь Лукьянова. – Мы говорим: "Нам государство ее выдало!", что будем жаловаться президенту. Судья нам отвечает: "А чем вам президент поможет?" Хотя президент говорил, что каждый случай младенческой и материнской смертности мы должны рассматривать как чрезвычайное событие».

В ответе на все жалобы было сказано, что согласно законодательству причинение смерти плода внутриутробно не рассматривается как причинение смерти человеку. Родственники пребывают в шоке от этого ответа и намерены дойти до генпрокуратуры, чтобы виновник понёс наказание за смерть двоих лиц.