Кертис Стивенс: «Я просто приду и уничтожу Головкина»

Стивенс готовится к самому трудному бою к своей жизни на тренировочной базе легенды мирового бокса, супертяжеловеса Ларри Холмса Pintabone. Постоянно говорливый претендент излучал уверенность и специально поработал в зале для СМИ. Бой будет транслироваться в прямом эфире на телеканале НВО.

— Пугает ли его сила вас?
— Вопрос, пугает ли моя сила его?

— Если вы попадаете в Головкина, а он не падает, что вы собираетесь делать?
— Надаю по его заднице еще немного!

— Тренер Головкина Абель Санчес говорит, что у него хороший подбородок. А вы сегодня отрабатывали удары по корпусу. Является ли это частью вашего плана?
— Мы сосредоточены на всем — голова, тело. Вы должны разорвать тело, и голова сама придет. Мы работаем над разными вещами, планируем план B, план С. Мы не собирается идти на бой только с одним планом. Прорабатываем различные варианты.

— Похоже, Геннадий уважает вас, но его тренер нет. Как вы относитесь к его тренеру?
— Его тренер, я считаю, пытается удержать Геннадий сосредоточеным, вот что он делает. Я считаю, он пытается поддержать его уровень ментально. Геннадий проявляет ко мне уважение, я думаю, что у него некоторый тип страха передо мной. Я думаю, что Абель пытался сказать разные вещи, чтобы сбалансировать его .. Это не очень хорошо, но и неплохо. Я просто должен доказать Абелю, что он не прав, а вот Геннадий прав.

— Очевидно Геннадий имеет преимущество в длине рук перед вами. Как вы собираетесь преодолеть его?
— У Ромеро Джонсона были длинные руки, у Аялы, у Романа, у Хосе Спирмена. Так было с самого начала. Я всегда был парнем с короткими руками. Для меня это действительно не имеет значения. Я считаю, у меня есть немного больше, чем его досягаемость. Это моя сила. Я знаю, что гораздо более силен, чем он. Так что все эти измерения действительно не имеют значения.

— Каков план на этот бой?
— Я иду туда , чтобы расслабиться, и я иду туда , чтобы повеселиться. Я иду туда, чтобы делать то, что я делаю. Вопрос в том, готов ли он выйти и драться со мной так же, как он это делал с другими бойцами. Вы знаете, что будет, когда я доберусь до него? Он может скакать по рингу, он может уклоняться от ответа. Я видел его бои. Я посмотрю, что он будет делать. Я не собираюсь изменять свой план на бой. Я буду боксировать, так же. Буду давить. Я иду туда готовым победить.

— Вы собираетесь быть Кертисом Стивеносом нокаутером или Кертисом Стивенсом боксером?
— Я не знаю. Я могу смешивать стили. Я могу ходить на цыпочках или я могу вызвать суматоху и надрать ему задницу, уничтожить его. Или я могу просто много двигаться, просто бить его, пока он не упадет. Но все зависит от него, не так ли? Я не знаю, захочет ли он драться. Он, возможно, хочет приехать сюда и боксировать. Потому что он знает, что у меня есть ударная сила, он может быть хитрым, кто знает, что у него на уме? Абель говорит, что он собирается нокаутировать меня. Я не знаю, может Абель только раздувает его, раскручивает или просто болтает. Но для Геннадия есть только один путь в этом бою — это идти вперед. Я верю, что он собирается приехать сюда, чтобы встретиться со мной в центре ринга. И если он это сделает — то будет прекрасный вечер.

— Является Головкин тем монстром, о котором так говорят люди?
— Нет... я не ведусь на это. Итак: 2 ноября я просто хочу положить его обратно на полку! 2 ноября вы увидете фейерверк. Я не знаю, если будет ли он в первом, двенадцатом раунде или где-то посередине, но точно будет настоящий фейерверк. Я пришел, чтобы победить!

— Что скажете напоследок?
— Я прекрасно себя чувствую, силен, как никогда. Я двигаюсь быстрее, быстрее, чем я ожидал. Я просто готов. Я просто готов пойти и уничтожить его.