Кто здесь кукла? В карагандинском театре Станиславского прошла премьера «Пигмалион Хаус»

На открытии сезона зрители театра имени К.С. Станиславского остались в восторге: реагировали живо, аплодировали щедро – 96-й сезон театр решил начать с высокой планки.

Постановщик «Пигмалион Хауса» Вячеслав Виттих и хореограф Максим Лисовский ранее уже работали в Караганде над спектаклем «Дамы Гольдони». Первые показы «Пигмалиона» прошли 12 и 13 сентября, следующий состоится 27 сентября в 17.00.

Название постановки неизбежно вызывает ассоциацию с пьесой Бернарда Шоу, где профессор Генри Хиггинс берётся превратить цветочницу Элизу Дулиттл в светскую даму. Но карагандинский «Пигмалион» – другая история: его основой стала пьеса испанского драматурга Хасинто Грау «Сеньор Пигмалион» 1921 года. Здесь Пигмалион – гений, безумец, миллионер и создатель сенсационной труппы, создания которого поют, танцуют, смеются, ссорятся, ревнуют и выходят из-под контроля. Так что история поднимает вечные вопросы. Имеет ли право творец распоряжаться судьбами своих созданий? Что такое свобода и возможно ли счастье без неё? И главное – где грань между живым и механическим, если механическое научилось чувствовать? И научилось ли?..

Актёрский состав у «Пигмалион Хаус» обширный. На сцене публика увидит Александра Тисена и Артёма Герца (Пигмалион), Константина Снегирёва (Герцог Альдукар), Людмилу Васильченко и Оксану Игнатенко (Аурелия), Дину Семененко и Татьяну Яковлеву (Донна Олегария), Владимира Левтерова (Дон Хавьер), Надежду Вебер и Светлану Федоренко (Донна Люсия), Артёма Жангирова (Дон Агустин), Кирилла Пловайко (Брандахлыст), Александру Мартинс и Карину Базарову (Помпанина), Виталия Мосина (Херувим, Тересита). Вместе с ними в спектакле заняты Богдан Пынка (Педро-Каин), Анна Шолленбергер и Жанна Асылбекова (Балаболка), Юлия Улыбышева (Крахоборка), Алексей Браилко (Куан-Болван), Нина Круцевич (Капитан Момона), Дарья Данилина (Марилонда), Анна Абузарова, Софья Кудашкина (Дандинела), Ирина Егорова и Галина Турчина (Селестина).

Что осталось от Грау

Сам Вячеслав Виттих подчёркивает: его спектакль – не буквальная постановка пьесы Хасинто Грау. За основу взята версия, которую когда-то переписал его мастер по режиссуре Валерий Белякович, а сам Виттих её доработал. От первоисточника, по словам режиссёра, прежде всего, осталась идея. Именно она оказалась созвучной сегодняшнему театру, особенно на фоне стремительного развития ИИ.

При этом Вячеслав Виттих не противопоставляет человека и технологии однозначно. ИИ, по его мнению, уже стал серьёзным помощником во многих сферах, однако в творчестве не способен заменить живого исполнителя. Он объясняет и вынесенную в описание спектакля «опасность» кукол: она возникает там, где человеческое несовершенство сталкивается с желанием получить идеального исполнителя.

«Человеческий организм не всегда настроен идеально. Вокалист может быть в голосе, а на другой день заболеть и не мочь петь. Куклы-роботы всегда в форме, а люди в желании наживы могут заменить актёров настоящих на искусственных», – объясняет режиссёр.

Тема создателя и создания в спектакле тоже присутствует, но Виттих предлагает смотреть на неё шире, чем просто на историю власти:

«Важнее поговорить о человеке, о том, насколько каждый уникален и необходим в структуре мира, что не бывает лишних людей и все имеют право на существование», – говорит он.

Отдельной частью замысла стала пластика кукол. С хореографом Максимом Лисовским Виттих работает очень давно. Для «Пигмалион Хауса» важно было не просто заставить актёров двигаться необычно, а создать именно кукольность. Артисты постепенно нарабатывали это – изоляцию движений и чёткий контроль мышечного тонуса. При этом кукольная пластика принципиально отличается от роботизированной: если у робота более грубые, но конкретные движения, то движения кукол в данном случае будто шарнирные, объяснил Максим.

Кто здесь кукла?

Есть спектакли, после которых хочется взглянуть на соседнего зрителя и спросить: «А ты уверен, что живой?». «Пигмалион Хаус» именно такой. Режиссёр переносит «Сеньора Пигмалиона» в пространство, где сюжет начинает разговаривать с сегодняшним зрителем – о его представлениях об ИИ, технологиях, шоу-бизнесе, популярности... Причём спектакль начинается прямо в холле театра – и публика это оценила.

А в зале начинается шоу – с ремикса известного джазового хита Sing, Sing, Sing Бенни Гудмана. На сцене – коробки с куклами. Куклы двигаются механически, а их танец становится отдельным зрелищем на протяжении всей постановки. Электронная музыка в принципе усиливает ощущение технологического будущего, вызывая ассоциации с популярными историями в жанре киберпанка.

Но и в этом мире театр уже чувствует угрозу конкуренции: труппа Пигмалиона вот-вот всех затмит, театр сдаёт позиции... Герцог Альдукар уверен: необычные артисты обязательно произведут фурор, и с восторгом говорит о «второй реальности». До выступления кукол – считанные дни, театр готов наращивать рекламу и выгодно продать новинку. Знакомо? Очень.

Куклы красивы. Не устают. Не вступают в контакт с публикой. За ними – толпы поклонников. Они ссорятся, выпендриваются, цыкают – в своей механической манере, ночью ведут свою жизнь. Но эта труппа переняла человеческие пороки, что выражается хотя бы в их именах. И тут очень показательны слова примы Помпанины: «Я уже давно глаза таращу от этой жизни».

Юмор, кстати, здесь преимущественно саркастический. Даже «народная» песня под названием «Никого не жалко» работает не как сентиментальная остановка, но как ещё один укол. А встреча с артистами, где исключён физический контакт, снова возвращает к разговору об ИИ: можно взаимодействовать, восхищаться, наблюдать – но не более.

У Пигмалиона есть свои причины создавать кукол, но он, как его предшественник из мифа, влюблён в своё создание. И объект этой любви, Помпанина, становится центральной фигурой истории. Когда один из персонажей говорит ей, что он живой – она спрашивает: «А я что, не живая?». Здесь и ломается деление на людей и кукол: если у человека есть тепло тела – делает ли это его живым? А если кукла задаёт вопросы о собственной жизни – почему она вещь? Тем более что Помпанина знает о себе ровно столько, сколько рассказал ей её создатель. И здесь разговор о куклах становится разговором об идентичности.

По ходу действия уровни реальности этой истории наслаиваются друг на друга, и всё труднее определить исходную точку. А в финале режиссёр наносит ещё один удар – но это уже серьёзный спойлер. И остаются лишь вопросы. Кто здесь настоящий? Кто управляет? И кто имеет право решать, кто живой?

«Пигмалион Хаус» начинается как яркое шоу, а заканчивается сомнением в самом понятии реальности. Каждый из нас может оказаться и Пигмалионом, и его созданием, и зрителем. Вопрос только в одном: кто тогда держит ниточки?

Что говорят зрители

Елена Нумерова много лет работала заведующей литературной частью театра имени К. С. Станиславского и до сих пор не пропускает премьеры. «Пигмалион Хаус» впечатлил её уже на этапе визуальной рекламы.

«Сначала я увидела прекрасное цветовое решение. И грим, и атмосфера уже с экрана компьютера били мощно. Посмотрев спектакль, я поняла, что не обманулась: он восхищает целостностью замысла, вложенного посыла, воплощением. Это работа, сделанная мастерски, высокопрофессионально, с неповторимым почерком», – отметила Елена Нумерова.

Особенно она выделила современность постановки: в ней переплетаются проблемы театра, социальные темы и вопрос развития ИИ.

«Пигмалион Хаус» – это спектакль-предупреждение. Драматургия здесь прекрасная, текст блистательный, режиссура и актёрская игра, пластика и музыка – очень крепкие. Всё сложилось в гармоничное, интересное, увлекательное, остроумное и будящее мысль представление», – подчеркнула карагандинка.

Для Александры Дворкиной, по традиции пришедшей на премьеру с подругами, главным в спектакле стала тема человеческой природы и ответственности создателя за то, что он создаёт.

«Для нас это история о людской сущности. О том, что если человек создаёт что-то по своему подобию, нужно быть готовым, что создание возьмёт себе не только светлую, но и тёмную сторону. Не зря ведь говорят: важно воспитывать не детей, а себя – так и в спектакле. Творцу нужно начинать с себя, а уже потом спрашивать с творения. Отдельно хочется отметить визуальную сторону постановки: глаз радуется и костюмам, и декорациям, и пластике актёров, и их игре», – поделилась Александра.

Фото автора
Фото Елены Ульянкиной
Фото Андрея Шангина
Фото из личного архива Елены Нумеровой