Магические кружева: карагандинский дизайнер создаёт шедевры из кости

Жилеты из войлока, дамские сумочки, аксессуары и картины – всё это Евгения Шульц создаёт своими руками. В этом году, кстати, её войлочному творчеству исполняется 10 лет. Работы карагандинки экспонируются и имеют успех в США, Франции, Германии и многих других странах. Несколько лет назад она стала героиней короткометражного документального фильма о промыслах казахского народа, является неоднократным участником карагандинского ежегодного фестиваля NAURYZ-FASHION, а весной этого года официально зарегистрировала свой бренд одежды Eve Art brand. Для работы по кости создала ещё один – Bone lace («Костяные кружева»).

Единение культур, считает Евгения Шульц, ведёт к единению народов. Несколько лет назад она жила в Германии – тогда и узнала, что в немецком городе Эрбах находится мировой центр резьбы по слоновой кости. В этом городе, рассказывает дизайнер, великий мастер Фридрих Хартман создал уникальный образец ювелирного мастерства – костяную розу.

У карагандинки родилась мысль объединить искусство двух народов – правда, в Германии резьба скорее связана с ювелирным мастерством и скульптурой, а то, чем занимается она сама, имеет более этническое направление.

Резьба по кости, делится Евгения Шульц – явление распространённое, а самые древние экспонаты такого вида искусства находятся в Китае. В любом случае резьба по кости имела огромное значение у многих народов мира и существует так же долго, как и гончарное мастерство, выделка кожи или обработка шерсти.

Сейчас Евгения работает с костями черепов и называет это «костяными кружевами». Первые попытки были на обыкновенной бараньей лопатке – а её, кстати, украшенную, согласно поверьям казахского народа, дарили девушкам, которые выходили замуж. Часто костяные изделия шашбау, украшенные серебром, вплетались в косы, а подвески шолпы тоже украшались костью и серебром.

Увлечение, которое началось пять лет назад, привело Евгению к созданию большого экспоната «Мудрость веков», воплощённого на черепе коня. На протяжении двух месяцев дизайнер вырезала, обрабатывала, украшала работу. Это изделие, сотворённое в прошлом году, можно будет затонировать, говорит мастер: кости тонируются специальными красками, а при необходимости покрываются лаком. Лак, в свою очередь, придаёт работе блеск и элегантность. Это первый опыт работы с черепом коня, обычно дизайнер работала с черепами баранов.

Резьба по кости – это магия, уверена Евгения Шульц, тем более что каждое такое изделие несёт в себе защитную функцию:

«Кость и шерсть – магические материалы, и подходить к работе с ними надо с чистыми помыслами. О магических свойствах разнотравья казахской степи, шерсти и изделиях из кости созданы легенды. Все это применяют шаманы-баксы в своих обрядах, используя резную кость как оберег. У казахского народа высоко ценились изделия из кости из-за веры в их защитные свойства, связанные с духами, природой, целительством. Например, ожерелья из клыков животных помогали воинам, защищали от болезней и несчастий. Узоры на кости могли принести богатство и благополучие в семью. Кость – это связь с духом предков, поэтому отношение к таким мастерам всегда было предельно уважительным», - рассказывает Евгения Шульц.

Резьбой по кости карагандинка оформляет и свои сумочки: например, одна из таких «Торсык», созданная в национальном стиле из войлока и бронзы, изящно украшена асыками.

На вопрос о том, какое из ремёсел сложнее – работа с войлоком или с костью, Евгения Шульц отмечает: для неё сложнее именно работа с костью.

«Войлок – это все-таки текстиль, более женское занятие. Резьба по кости – ювелирное искусство: здесь нужны совсем другие знания и навыки, там совсем другая техника безопасности. Войлок требует фантазии и немного физической силы, а резьба по сравнению с ним – нереально тяжёлый труд, требующий ювелирной точности, усидчивости и знания особенных свойств кости. До резьбы кость выдерживается в различных химических препаратах, и уже как минимум это требует отдельных умений», - делится дизайнер.

Ни в обучении войлоковалянию, ни в работе с костью наставников у Евгении не было: она расспрашивала о технике коллег и сама пробовала творить на материале.

«У нас многие мужчины, мастера декоративно-прикладного искусства, режут по лопатке. Среди женщин я резчиц пока не встречала, хотя в других странах они есть. Один из моих замечательных коллег вручил мне кружевную лопатку как образец и сказал, где отыскать сверла для бормашины. Я купила и начала резать», - продолжает Евгения Шульц.

Материал карагандинке привозят друзья. По черепу, отмечает она, как правило, никто не работает: его очень тяжело обработать и сложно резать, а потому такое ремесло считается высшим пилотажем косторезного мастерства. Резьба по кости, в свою очередь – искусство элитное и очень дорогое: когда Евгения показала фотографии большого кружевного черепа в одной из галерей американской Флориды, его оценили в 20 тысяч долларов.

«На данный момент я вырезала более десятка черепов и много мелких работ – лопаток, круглых костей. Удалось найти даже один очень красивый рог – передала его друзьям в Монголию. Глобально у меня пока мало резных черепов. Берегу их для выставок. Создавая их, работаю только с бормашиной, и техника у меня прорезная. Более опытные резчики, создающие скульптуры из кости, используют и другие инструменты. Я скульптурной резьбой пока заниматься не планирую: больше привлекает то, что создаю сейчас», - признаётся Евгения Шульц.

Кость считается весьма прочным материалом, добавляет дизайнер, но всё зависит от того, откуда она. Баранья лопатка, к примеру, будет менее крепкой, чем череп. А, например, челюсть лошади при равномерном распределении нагрузки может выдержать давление в 400 килограмм – так же, как и человеческая. Круглые кости, уточняет, прочнее, плоские – уже тонкие и хрупкие, и все эти нюансы важно изучать для занятия резьбой.

А поскольку сейчас все свои созданные работы Евгения Шульц хранит для выставки – экспозиция, говорит, обязательно есть в планах. Однако для этого нужно будет пополнить коллекцию.

Фото из личного архива Евгении Шульц