Закон есть, семей нет: почему не работает реформа приёмных семей в Казахстане?

Детей, которые остались без попечения родителей, в Казахстане сначала определяют в центры адаптации несовершеннолетних. В стране работают 10 таких учреждений. Как правило, причины разные. Это смерть родителей или опекунов. Кроме того, несовершеннолетних забирают из семьи в случаи жестокого обращения с ними, когда их жизни и здоровью угрожает опасность. А также если родителей лишают прав на детей. В таких местах они проводят около полугода. За это время ответственные госорганы должны определить дальнейшую судьбу ребёнка. Если это возможно, возвратить в семью, если нет – то передать на воспитание в организации для детей-сирот и оставшихся без попечения родителей.

Как объясняют в профильном ведомстве, благодаря новшеству дети, в одночасье лишившиеся семьи и дома, смогут избежать казённых стен. Вместо этого их примут в семью, где супруги прошли специальное обучение и смогут помочь ребёнку в сложный период. Разработчики изучили опыт соседних и европейских стран.

Идея перехода от детских учреждений к приемным профессиональным семьям не нова. Министерство просвещения приступило к внедрению этого опыта еще три года назад. Тем не менее, к моменту вступления закона в силу в республике не подготовили ни одной профессиональной приёмной семьи. Как и где они будут проходить обучение, тоже не уточнили.

«Законодательные нормы, определяющие порядок создания приемных профессиональных семей вступили в законную силу с 1 июля 2025 года. В связи с этим на сегодняшний день лиц, прошедших психологическую подготовку и признанных приемными профессиональными семьями, пока не имеется. Статистика детей, переданных в эти семьи, отсутствует», - сообщили в Минпросвещения.

Приёмные семьи на содержание каждого ребёнка будут получать ежемесячное пособие в размере 10 МРП. Это порядка 40 тысяч тенге. Кроме того, из местного бюджета воспитателю выплачивается зарплата в 70 МРП. Это около 270 тысяч тенге.

Такая зарплата изначально отсекает любителей легкого заработка, считает общественница и экс-уполномоченный по правам ребенка Аружан Саин.

«Это не те деньги, за которые из корысти можно стать приемным профессиональным воспитателем. Тем более, когда у тебя рабочий день ненормированный, график 24/7, то есть круглосуточный. В Европе, кстати, тоже около 1200-1400 евро получают приемные семьи. Это небольшая зарплата по их меркам. В эту сферу идут люди, у которых такое призвание, такое жизненное убеждение. По финансам, в Казахстане на одного ребенка в детском учреждении тратится гораздо больше», - говорит Аужан Саин.

Непросто пройти и сам отбор в приемные воспитатели. Претендовать на такую должность могут граждане от 30 до 64 лет, не лишенные и не ограниченные в родительских правах, ранее не судимые. Не должны они состоять на учете у психиатра и нарколога. У кандидатов должно быть собственное жилье и определенный доход. Желающие должны обратиться в орган опеки или попечительства с заявлением. При этом необходимо приложить пакет документов. После проверки с ними проведут собеседование, а затем обследуют их жилищно-бытовые условия и помогут психологически подготовиться.

По словам Аружан Саин, не все предложения попали в конечный вариант документа. Во-первых, при ЦАН (центрах адаптации несовершеннолетних), намеревались создать специальные службы. Они должны были взять на себя всю работу с госорганами. По ее мнению, сейчас вся бумажная волокита ляжет на плечи профессиональных воспитателей.

«Эта служба должна готовить социальных работников, которые будут поддерживать приемные семьи и особенно ППС (приёмные профессиональные семьи). Опекун, воспитатель и особенно профессиональный родитель не должны бегать по инстанциям, заниматься оформлением детям социальных пособий, устройством и переносом документов в школы, прикреплением к поликлинике. Этим должны заниматься госорганы, к примеру, местное управление здравоохранения, юстиции, соцзащиты. То есть, соцработник концентрирует вокруг ребенка все услуги и обязанности госорганов. Не как сейчас, когда все это повешено на опекунов и приемных родителей. Социальные службы это не про то, чтобы просто прийти проверить: есть ли еда в холодильнике. Они должны помогать», - отмечает общественный деятель.

Ещё одна задача таких служб – подготовка и обучение приемных семей, усыновителей, патронатных воспитателей, опекунов и профессиональных воспитателей. Саин приводит в пример институт ППС в Чехии, где приемные семьи проходят обучение и повышают квалификацию ежегодно.

«Подготовка соцработников и ППС, сопровождение приемных семей. Вот чем должны заниматься нынешние детские дома. Если у нас будет появляться все больше профессиональных семей, которых будут правильно готовить, обучать, повышать их знания, квалификацию и уровень, то количество детей в детдомах и ЦАНах будет становиться меньше. Тогда эти здания, штат, деньги, которые на них выделяют, могут пойти на поддержку ППС. К сожалению, у нас понятие приёмной профессиональной семьи ввели, отрегулировали в нормативных актах их зарплаты, но не учли подготовку. У нас есть партнеры, к примеру, в той же Чехии. Они работают с государством, которое их финансируют и они осуществляют подготовку соцработников, ППС, и их сопровождение. Есть разработанные образовательные программы для подготовки и ППС, соцработников, курс для приемных родителей, это все можно было у нас внедрять», - считает Аружан Саин.

Цель - не закрыть детские дома, а создать наилучшие условия для детей, оставшихся без родителей. Оказать такую поддержку, при которой они смогли бы справиться с самыми тяжелыми обстоятельствами. Такие учреждения должны трансформироваться в службы помощи, которые возьмут на себя защиту прав детей. Кроме того, заботу об их здоровье и образовании. Они также могут заниматься соцзащитой и поиском родителей.

К слову, за 30 лет ситуация с детскими домами в стране изменилась кардинально, уверена Аружан Саин. К примеру, в 90-х годах не было единого банка данных детей, оставшихся без попечения родителей. Устройство единокровных братьев и сестёр в разные семьи не допускалось законом, в то же время, порой установить, где находятся остальные родственники попавшего в ЦАН ребёнка, не представлялось возможным. Многих малышей забирали и увозили из страны иностранцы.

«Иностранные граждане без проблем усыновляли детей. А наши граждане не могли найти ребенка, стать приемными родителями, были административные барьеры разные. Сейчас есть республиканской банк данных детей, оставшихся без попечения родителей, где регистрируются и приемные родители. Есть школы приёмных родителей, агентство по усыновлению, где также оказывают большую поддержку. В начале 2000-х у нас было больше 40 тысяч детей в детских учреждениях. Потом появились дома мамы. Они сохранили тысячам детей биологических мам. Нормальная женщина не откажется от ребенка, если она не будет в катастрофически непреодолимых жизненных обстоятельствах. А они дали женщинам возможность три года жить в доме мамы, иметь крышу над головой, питание и другую помощь, возможность получить профессию, не отказываясь от своих детей. Дети перестали в таких масштабах поступать в детские дома», - заключила Аружан Саин.

Сейчас в Казахстане больше 80% детей, оставшихся без родительского попечения, воспитываются в семьях. А число опекаемых детских домов за 10 лет сократилось почти втрое - с 9 тысяч до 3,5 тысяч. Только в прошлом году новые семьи обрели больше 3 тысяч юных казахстанцев.

Новый формат приёмной семьи принесёт большую пользу, считают эксперты. Что немаловажно, сократятся расходы бюджета на содержание детей в детских домах и центрах адаптации. Сейчас это порядка 500 тысяч в месяц на одного ребёнка. Но дело, в первую очередь, в благополучии юных казахстанцев, говорит психолог Каламкас Канапиева. По ее мнению, жизнь ребёнка в семье, пусть даже временной, несравнимо безопаснее и благополучнее, чем пребывание в интернатом учреждении. А если же его все-таки направят в детский дом, то временное нахождение в семье создаст более мягкий переход. Однако за гуманной идеей - огромный комплекс задач, трудностей и рисков, подчеркивает специалист. И ним нужно быть готовыми всем сторонам: как детям, так и профессиональным родителям, а также контролирующим органам.

«Главная сложность для детей - повторная травматизация. Многие дети, лишённые родительского попечения, уже пережили факт того, что их отвергли, порой насилие и пребывание в небезопасной среде. Их адаптация в новой семье требует тонкой работы: с привязанностью, с доверием, с границами. Большой риск, что ребёнок вновь окажется в ситуации утраты и чувства ненужности. Это особенно критично для детей младшего возраста, когда формируется базовое доверие к миру», - рассказывает эксперт.

С высоким уровнем стресса и эмоционального выгорания без чёткой системы отбора, обучения и регулярного сопровождения рискуют столкнуться и профессиональные родители, предупреждает психолог.

«Важно помнить, что им предстоит работа с глубоко травмированными детьми. Без системной психологической и методической поддержки такие семьи могут испытывать затруднения в построении доверительных отношений с ребёнком, в управлении его поведением, в сохранении собственного ресурса. Особенно это касается семей, принимающих подростков или детей с особыми потребностями», - считает Каламкас Канапиева.

По её словам, одна из самых частых ошибок в подобных реформах — перегрузка контролирующих и сопровождающих служб. Контроль должен сочетаться с доверием, а сопровождение — с профессиональной компетенцией. Крайне важно не только создать нормативную базу, но и обеспечить обучение кадров: социальных работников, психологов, специалистов служб сопровождения.

«На мой взгляд, должны быть обязательными: чёткие критерии отбора профессиональных родителей, их обязательная психолого-педагогическая подготовка, возможность обращения за супервизией, а детям - за психологической поддержкой. Кроме того, в каждом решении приоритетом должны быть интересы детей. Если мы хотим, чтобы дети действительно получали шанс на восстановление утраченного доверия и нормальное развитие, то система профессионального родительства должна быть выстроена с опорой не только на закон, но и на психологические знания, опыт международной практики и уважение к живым людям, как к детям, так и к тем, кто их берёт в свою семью», - резюмирует психолог.

Без попечения родителей в стране сейчас остаются больше 20 тысяч детей. Свыше 17 тысяч из них воспитываются в приёмных и патронатных семьях. 3688 несовершеннолетних живут в стенах детских учреждений.

Между тем, число семей, желающих усыновить ребёнка, взять под опеку или патронат, растёт. К сожалению, многие из них готовы стать родителями малышей до трёх лет и не имеющих проблем со здоровьем. Поэтому в приютах остаются подростки, дети с различными заболеваниями, часто родные братья и сёстры, разлучать которых нельзя. Не становится меньше и фактов возврата детей в казённые учреждения. К примеру, в 2021 году вернули 197 детей, 3 года назад - 217. Причём в большинстве случаев приемные родители и опекуны оказались неготовыми к воспитанию ребёнка.

«Факты возврата имеют место быть. Причины возврата детей различны, это и болезнь приемных родителей, семейные неурядицы (развод, смерть близких людей, одного из супругов), психологическая несовместимость, болезнь детей. Чтобы подобные случаи происходили как можно реже или совсем их исключить, с 1 июля 2020 года введена обязательная психолого-педагогическая подготовка потенциальных приемных родителей. Кроме того, в 2016 году введена временная альтернативная форма семейного устройства – это гостевая семья. В гостевую семью можно взять ребенка на период, не связанный с образовательным, на выходные и в праздничные дни», - прокомментировали в министерстве просвещения.

Введение института профессиональных семей в Казахстане - очень важный и долгожданный шаг к гуманизации системы опеки над детьми, оставшимися без родительского попечения. Закон уже вступил в силу, однако его реальное воплощение тормозит отсутствие необходимой инфраструктуры. До сих пор нет обученных кадров, чётких механизмов сопровождения и поддержки. Кроме того, межведомственного взаимодействия.

Эксперты подчеркивают, чтобы новая модель заработала эффективно, необходимо не просто закрепить нормы на бумаге, но и создать полноценную систему подготовки и сопровождения как самих приёмных семей, так и социальных работников. Иначе рискуют пострадать те, ради кого создаётся эта реформа. Только в условиях системной поддержки, профессионализма и фокусе на интересах ребёнка, новая форма семейного устройства сможет стать настоящей альтернативой госучреждениям и дать детям шанс на восстановление, доверие и полноценную жизнь в семье.