Проблема, загнанная в подвал: пьесу о запретной любви прочитали в ТЮЗе Темиртау

...Сотрудники театра оповещают: если зритель не готов увидеть эту историю, можно сдать билеты, и за них вернут деньги. Билеты не возвращает никто. Работники делятся: рейтинг 18+ дан произведению не просто так – это яркий представитель современной драматургии, и увидеть его стоит людям, зрелым прежде всего морально – чтобы правильно понять посыл монологов персонажей и пьесы вообще. 

И вот перед зрителями – на высоком стуле, на фоне декорации, увешанной портретами американских учителей, посаженных в тюрьму за романы с учениками – она. Татьяна Анатольевна. В последний раз они с Мишей виделись на очной ставке, а ее монолог адресован снимающим документальный фильм журналистам. «Училка и училка. Обидно не это – обидно, когда за человека не считают», - говорит Татьяна Анатольевна, ведь после случившегося от нее отвернулись. Гордая, но ранимая, она признается: голова действительно забита тем, что бы «пожрать сварить, как долги отдать». А Миша в один прекрасный момент понял – не просто она «училка»: она живая женщина, со своими недостатками, и принял ее такой, какая она есть. Сначала – просто фантазии: «А как бы он поцеловал? Даже с мужем Мишу представляю... хорошо ведь и мне и мужу...», потом – предположение аудитории в лицо: «А может, вы завидуете? Потому что вам нельзя, у вас в голове «кирпич» на это».

«Молодильное яблоко», которое Татьяна Анатольевна смогла «откусить», позволило ей быть настоящей и хотеть одного – любить. И она до последнего верила, что Миша придет к ней и поймет: никто так, как она, его любить больше не будет. Именно поэтому когда женщина осознает, что они с юношей отдаляются друг от друга – она идет на жестокие меры. Которые, правда, оборачиваются против нее.

Монолог 17-летнего Миши отражает его как обычного парня со своими сленговыми словечками-паразитами и в меру грамотной речью, любящего играть в компьютерные игры. «Отменная баба», «огонь под юбкой» - все эти выражения сначала звучат с иронией, да и в принципе подача ситуации с его стороны наполнена юмором, а не глубокой трагедией, как это воспринималось от Татьяны Анатольевны. В то же время, и откровенности здесь тоже хватает. Ясно одно: чувства у него к ней тоже были – он по ней скучал, собирал «ее корявые рисунки», хранил их, носил с собой. Параллельно думал, «правильно ли мутит вообще», но когда история их романа с учительницей обрела гласность – «Ничего хорошего. Все косо смотрят». Об этом он рассказывает брату.

Роман Гужель и Светлана Свищева с ролями справились идеально: малейшие изменения во взгляде каждого из них во время чтения монолога, малейшая дрожь в руках – все это говорило о полном погружении в мир персонажей. Особенно откровенность подачи истории чувствовалось в паузах: по словам зрителей, ощущения были такие, будто не артисты в театре с ними говорят, а реальные люди, пришедшие, что называется, исповедаться. Режиссером читки стал заместитель директора по зрителю Павел Авдюков, а ассистентом режиссера – Леонид Кирличенко.

Права ли Татьяна Анатольевна? Прав ли Миша? Кто больше виноват? Имеет ли такая любовь право на жизнь или хотя бы на отсутствие осуждения? Этими вопросами задались на обсуждении после читки.

Учитель, как и представитель профессии врача, психолога и некоторых других – это, прежде всего, авторитет. На него равняются. А потому любые ошибки такого человека утраиваются. Кто-то из зрителей посчитал, что Татьяна Анатольевна своим поступком показала верх эгоизма, будучи готовой бросить семью ради Миши, кто-то задался вопросом о том, а много ли мы говорим друг с другом и прежде всего с детьми – о том, как противоречива жизнь. Кто-то был уверен, что в такой истории любви не могло быть вообще и рассуждал, почему же женщины после 30 и 40 лет позволяют юношам пользоваться собой, желая вырваться из серости жизни.

Были вопросы и к персонажу Романа Гужеля: его Миша находится во вполне осознанном возрасте, а значит, часть вины в этой истории ложится и на него. Его слова – вроде бы слишком взрослы, с другой стороны его поступки говорят об обратном. «И как бы это не стало иконой современного поколения, когда вполне себе рассудительный человек, что называется, прячется в кусты», - делились зрители читки.

Кто-то описывал схожие ситуации: среди знакомых или друзей есть пары, где женщина значительно старше мужчины – но это были удачные примеры. «Если человек счастлив в таком союзе, зачем его осуждать?», - было мнение зрителей. Однако ложка дегтя в этом все равно есть, и об этом заговорил уже руководитель театра Владимир Дроздецкий. Готово ли общество зрело воспринимать такую любовь?

- Эту проблему – любовь молодого мужчины и женщины постарше – загнали в подвал, - поделился Владимир Владимирович. – Понятно, что чувства могут возникнуть такие, что горы можно свернуть. Я сам нередко слышал прецедентах, когда педагоги встречались со старшеклассниками, и были скандалы. Закончилось это увольнением учителей, но семьи они в итоге создали, хотя общество их осуждало. Осуждать или нет – дело каждого. Сам я считаю, что если уж такие отношения и завязываются, они до определенной степени должны быть недоступны, скрыты: современное общество и так катится по наклонной, поэтому не готово к нормальному, человеческому восприятию подобных событий. 

Фото автора