Актер Андрей Белавин покинул карагандинский театр Станиславского

За дюжину лет, проведенных на службе в русском драматическом театре им. К.С. Станиславского, Андрей сыграл множество ролей. Одними из его последних здесь стали Игорь в камерном спектакле «Разговор, которого не было» - артист признается, что эта постановка для него очень дорога. Он также играл Лауренсио в спектакле «Любовь – вот истинный учитель» по пьесе «Дурочка» Лопе де Вега, Незнамова в «Без вины виноватые», одного из сыновей в «Мамаше Кураж» и Ипполита в «Fedra. Игра». 

В театр Андрей Белавин пришел студентом и попал в массовые сцены спектакля «Пигмалион», который ставила режиссер театра и кино Маргарита Здор – она тогда была в Алматы, а сейчас – в Москве. В этом спектакле было очень много танцев – Андрей переживал, но премьеру отыграл успешно, и когда Маргарита вновь была командировке в карагандинском театре, она ставила уже «Соло для часов с боем», где Андрей тоже был занят. Затем последовала сказка «Сокровище Бразилии»: артист играл в паре с Владимиром Архиповым, в прошлом тоже одним из ведущих актеров театра. Разница между мастерством у них была сильная, и режиссер Алимбек Оразбеков сердился из-за этого, но Людмила Пекушева Андрея защитила: кто будет обучать на практике, если не режиссер? Когда Оразбеков приехал в Караганду снова – ставить «Одинокую яблоню», Андрей попал в спектакль, а уже для «Козы Корпеша и Баян Сулу» режиссер попросил не занимать артиста: вновь взял его в постановку.

- Андрей, все-таки, почему Вы ушли из театра?

- Есть такой момент, когда внутри наступает какой-то пик, и человеку что-то хочется поменять. Я думаю, что был чересчур в зоне комфорта, из которой нужно выходить: ты делаешь все спустя рукава, перестаешь творить что-то новое на сцене. Русский драматический театр им. К.С. Станиславского – мой отчий дом, однако сейчас я хотел бы поискать себя, но из профессии не ухожу.

- Чего не хватает нашим театрам сейчас?

- Конкуренции. После просмотра спектаклей, к примеру, в Санкт-Петербурге, я обычно взахлеб рассказываю о них супруге. Когда я впервые посмотрел в московском МХАТе «Мастера и Маргариту», позвонил своему соседу по гримерке Паше Кондратьеву со словами «Паша, ты не представляешь!» - я прямо ревел в трубку, и он, конечно, предложил мне рассказать обо всем по приезду. После таких спектаклей с туманом в глазах ты просто куда-то идешь, в своих мыслях... И к сожалению, если кино у нас развивается, то театр почему-то развивается не во всех городах, потому что нет конкуренции. Нет такой школы, и многие работают как на конвейере – вот это страшно. Потерялась какая-то театральная этика. Таких нюансов очень много. Это расстраивает. Однажды мне сказали, что проблема актеров театра в том, что мы оставляем себя на потом. Мы знаем, что у нас месяц-полтора на постановку, и в первую же репетицию не даем результата, который должны дать: оставляем это на последний день, на премьеру... И получается, что не все могут даже на финише достичь того уровня, который нужен.

- А если не будет экономии, не выдохнутся ли артисты?

- А на что тогда вообще такая профессия? Когда ты понимаешь, что ты не сможешь дать должного уровня, тогда лучше уйти. А многие наоборот лезут на рожон...

- Тем не менее, Вы не уходите из театра в никуда. У Вас свои проекты.

- Да. И я продолжу их. У нас стартовал проект на youtube-канале «ПРО100 РАЗГОВОР» - он зародился после моей первой поездки в Москву: я понимал, что там работают на имена. Я задался вопросом: а знают ли наших театральных артистов в Караганде? По сути, только заядлые театралы. Есть те, кто вообще удивляется, что у нас в городе есть театры. Так и родилась идея создать проект, которую я обдумывал четыре года, чтобы рассказывать в целом об искусстве Казахстана. Сейчас проект набирает обороты, и пусть на youtube все сложно с теми же подписками, смысл в том, чтобы люди сферы искусства рассказали о своей работе изнутри. Также, когда я только вступал на путь кинематографа, искал информацию о тех или иных картинах и режиссерах – ее не было. Начинающим артистам через свою программу я также хочу дать эти сведения.

Еще один мой проект – школа моделей для детей. Сейчас она уже республиканская, ученики ездят и в Европу, участвуют в крупных неделях моды с участием дизайнеров из США, Украины, России.

В актерской школе Андрея Белавина, тоже известной в Караганде, обучаются люди совершенно разного возраста – от 5 до 63 лет, и приходят туда как те, кто хочет стать актером, так и те, кому скучно, кто зажат и хочет раскрепоститься. В конце концов, когда человек умеет достойно выступать перед публикой, он всегда обратит на себя внимание. Мысль о том, что весь мир – театр, а люди в нем актеры, многие воспринимают с иронией или издевкой, говорит Андрей, но мы ежедневно надеваем множество масок, играем со своим внутренним «я». Артист добавляет, что филиал будет действовать и в Астане. Его ученики за прошедшие годы снялись более чем в 30 проектах – сериалах, фильмах, клипах, рекламах, короткометражках. В фильме «АЛЖИР», представленном карагандинцам несколько лет назад, они тоже снялись: школа предоставила на съемки около 60 людей, от малышей до актеров старшего поколения.

В планах у Андрея Белавина и запуск детской передачи: уже есть пилотная версия, готовы стихи, пишется музыка. Она тоже будет выходить на youtube и будет развлекательно-познавательной. Дело в том, поясняет Андрей, что в школе по новой программе сейчас отменили пересказы, изложения и сочинения, и по сюжету он будет приходить к ребятам в образе сказочника, читать народные сказки и спрашивать ребят об их содержании.

- У Вас достаточно большой опыт съемок и в кино. В каких фильмах Вас можно увидеть?

- Работа в театре и в кино – вещи разные. В кино надо работать надо здесь и сейчас: все очень быстро, бюджет поджимает, и там я научился работать и понимать, что нельзя себя экономить. Мы могли отыграть финал фильма, а через два часа играть его начало. Это дало колоссальный опыт в плане момента перестройки и управления эмоциями, я обрел способность очень быстро вживаться в образы.

Один из самых запоминающихся проектов на данный момент – это «АЛЖИР», где я исполнил роль НКВД-шника. Для меня это один из самых серьезных проектов. Условия съемок были тяжелые – степь, мороз, но режиссер Ануар Райбаев создал очень теплую атмосферу на площадке. Мы стали все как семья: если где-то встречаемся – с огромной радостью видимся! Причем неважно актеры это или костюмеры, осветители или рабочие...

Андрей Белавин снимался и в 16-серийном «Кейкi мерген» - истории о батыре, где сыграл офицера. Он вспоминает, что когда приехал на площадку, его спросили, хорошо ли он ездит на лошадях. Он ответил: «Фотографировался когда-то»... Андрея отправили галопом на лошади в горы, и так несколько дублей. Надо отдать должное, говорит – никого лошади на тех съемках не скинули.

За плечами Андрея и «Красный уровень» Валерия Мызникова про террористов – там он снялся в эпизоде, за этим последовал сериал «Противостояние», где ему вновь повезло с ролью служащего:

- Мы снимали его в Казкелене, и по сюжету должен был произойти терракт. Мы получили все разрешения о съемках сцен в суде и прокуратуре, а в какой-то момент террорист по сюжету нажимал кнопку на бомбе. И вот кто-то из прохожих заснял съемку этой сцены на телефон... – рассказывает Андрей. - Через считанные минуты прилетела верхушка города, пошли слухи о терракте в Казкелене, мы делали опровержение, что это кино снимается. А чего, говорят, телефоны не забрали? А у кого забирать – у прохожих? – улыбается артист. - Я участвовал и в съемках фильма «Большой» о Большом театре в Москве. Со мной снимали мини-эпизод, но он попал под нож. Тем не менее, было приятно получить новый опыт на съемочной площадке Москвы, где царят другие условия. Были также казахстанские «Последняя невеста», «Алтын уя» и некоторые части саги «Путь Лидера» - «Так сложились звезды» и «Разрывая замкнутый круг». Очень интересно было работать с Сергеем Снежкиным – как режиссер он мне очень понравился. Да, он суров, но суров, думаю, по справедливости: он не повышел голос просто так.

- А чего не хватает казахстанскому кинематографу, по-вашему?

- У нас очень много комедий, и есть комедии не очень хорошего качества. Частные компании уверены, что отбить деньги за проекты проще через комедии. Бюджеты могут быть совершенно одинаковые, но качество продукта сильно разнится. Помимо эмоций во время просмотра мы должны подключать и свой разум. Есть хорошие комедии, например, «Гудбай, мой бай!», где присутствует интернациональный юмор – считаю, что так можно спокойно выучить государственный язык: ты вникаешь в материал. Не хватает у нас и хороших психологических, драматических картин – по сути, есть лишь кино историческое и комедии. Киноделы и театры сами воспитывают публику, а потому нужно делать качественные вещи. Когда даешь публике попкорн – она его, конечно, съест. Поэтому надо хотя бы немного смешивать попкорн с тем, над чем надо поразмыслить. Тем не менее, прекрасно, что казахстанского кино стало больше: ему дают больше сеансов в отечественных кинотеатрах – раньше это мог быть вообще один утренний сеанс.

- А у Вас не возникает желание снять фильм или поставить спектакль?

- Если говорить о кино – пока только короткий метр, спектакль – тоже небольшой, скорее камерный. К полному метру и большому спектаклю должен прилагаться другой багаж знаний и другие силы.