«Кушали фекалии коров»: шестеро сирот рассказали, что им пришлось пережить в патронатной семье

Обстановка в зале суда сегодня была накалена, кажется, до предела. Шестеро сирот (старшему из которых сейчас 16, младшему 11 лет) с трудом подбирали слова, чтобы пересказать, что им пришлось пережить в патронатной семье. Детский кошмар длился целых 5 лет. Эксперты насчитали от 19 до 47 шрамов на теле каждого ребенка. Первым показания давал старший потерпевший. По его словам, в ход шли кочерга, кнут и скалка. 

– Мою голову разбили скалкой и сказали: «Соври, что ты упал с качели». А я когда лежал в больнице на 45-м квартале, врачам говорил, что меня ударили скалкой. Вот у меня остался шрам, мне сюда пластину поставили и тут мне зашивали.

И если первый ребенок жаловался на супругов-опекунов, второй говорил исключительно про их дочь. Девушка тоже на скамье подсудимых, и говорят, именно она заставляла детей употреблять в пищу навоз. Ребята признаются, что часто не слушались и даже убегали из дома. Но не могут понять, за что именно их наказывали так жестоко.

– Палас был в гостевой комнате, меня туда положили и завернули, и начали прыгать. Алия Яковлевна, Нурайым Аяновна и Аян Жапыханович.

– В качестве наказания было, что-то кушали?

– Ия, сиырын фекалия.

– Фекалии коров.

В детском доме семейного типа правила царили суровые. Домашним туалетом могли пользоваться только опекуны и их родные дети. Приемные ходили на улицу и ели отдельно – в той же комнате, где и спали. Меню тоже сильно различалось. Главное правило: всех членов патронатной семьи называть по имени-отчеству. Особый почет должны были проявлять к родным детям.

– Скажи, а как вы обращались к семье Исабаевых?

– Бізге айтатын оларды Ханым, ханзада деп атаңдар деп.

– Нұрайым айтты ма?

– Иә.

– Нұрайым сіздерге тек макарон ғана берді ма әлде тағы басқа болды ма?

– Фасоль беретін еще.

Мальчики рассказали, что за это время на выделенные государством пособия им обновляли только сапоги для уборки сарая. Лишь однажды купили новые кроссовки. Почти вся одежда была ношеной.

Подсудимые же возражают: мол, дети всё преувеличивают. Они воспитывали их со всей душой. Записывали в спортивные и музыкальные кружки. Глава семейства и вовсе считает, что смог показать настоящую отцовскую любовь.

– Я же тебе показал свою отцовскую любовь?

– Ия.

– Домбыра уйреттым, шахматы?

Неизвестно, сколько это могло продлиться, если бы однажды своих троих внуков не решила навестить их бабушка. После визита в патронатную семью как раз все и раскрылось. Троих детей она забрала с собой. Еще троих снова вернули в детский дом.

В приемную семьи дети попали в 2018 году, уголовное дело завели только в 2023-м, и вот сейчас его рассматривают в суде. В нескольких показаниях они не раз заверяли, что рассказывали о побоях учителям и врачам, у которых лечились. Но никто им так и не помог. Удивляет, что за все пять лет в патронатной семье сироты не видели специалистов из органов опеки или из интерната и других взрослых, которых интересовало бы, как они жили все это время.