Мы понимаем, что все устали от ограничений – Юрий Залыгин

До того, как прийти в сферу госслужбы, Юрий Леонидович трудился медбратом Жезказганской областной больницы и был санитарным врачом Жезказганской региональной санитарно-эпидемиологической станции. В сферу медицины, признается, привел интерес: он мечтал быть врачом с детства – другие профессии даже не рассматривал. После школы поступил в Жезказганское медучилище, затем – в Карагандинский государственный медицинский институт (ныне КМУ), где для продолжения учебы избрал санитарно-гигиенический факультет. Специалисты санитарно-эпидемиологической службы, делится Юрий Залыгин, сопровождают каждого человека, по сути, с момента рождения и до конца жизни. Цель у такой работы одна – улучшить состояние здоровья населения. 

С начала текущего года Юрий Леонидович возглавляет Департамент санитарно-эпидемиологического контроля Карагандинской области и своим главным чаянием на этом посту называет обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия. Особенно это важно сейчас, когда второй год в Казахстане продолжается пандемия COVID-19, а область на данный момент все еще в красной зоне относительно заболеваемости.

- Юрий Леонидович, сейчас отметка заболевших за сутки превышает 200 человек. Остаются ли основными причины заражения – общественные места, общественный транспорт, праздничные и выходные дни?

- На данный момент показатель заболеваемости на 100 тысяч населения – 1470,7. При этом в области 59,5% заболевших – с симптомами, 40,5% болеют бессимптомно. Больше становится тех, кто болеет именно с симптомами. Рост идет постепенный: еще недавно число зараженных за сутки не превышало 200 человек, но эта отметка уже пересечена. Ежедневный прирост заболеваемости составляет 1,04%, репродуктивное число R – 1,080 при республиканском 1,065.

Причины заражения жителей действительно остаются теми же: это места общего пользования, общественный транспорт... Но почему еще они остаются неизменными: все мы устали от пандемии, от ограничений. И когда заболеваемость спадает, а ситуация стабилизируется, большинство людей расслабляются и пренебрегают правилами, перестают носить маски в общественных местах, обрабатывать руки антисептиком. То есть, снижается сознательность. Впереди – теплое время года, жители выходят на улицу с детьми и семьями. Это влечет за собой большие контакты – в том числе с потенциально заболевшими. Кроме того, все еще продолжается рост заболеваемости COVID-19 среди школьников и детей до 14 лет и среди лиц старше 60 лет.

Перед 8 марта в области была более-менее стабильная эпидситуация. После праздника и выходных, после корпоративов – пошел рост заболевших. За этим последовали пятидневные выходные на Наурыз – и снова рост заболеваемости по истечении примерно недели. А впереди – Пасха, Курбан Айт, майские праздники. Это может, опять же, привести к определенному всплеску. Как бы банально ни звучало – если мы будем соблюдать элементарные санитарные правила, заболеваемость начнет снижаться.

И здесь действительно важно проявлять сознательность: многие носят маски как будто для кого-то – но не для себя. А смысла надевать ее на подбородок или спускать ниже носа нет: входными «воротами» для вируса как раз выступает носоглотка. Именно там обнаруживаются почти 80% возбудителей, и только 20% - в ротоглотке. Поэтому в первую очередь надо защитить органы дыхания. Многие говорят, что это не защита – но позвольте не согласиться: иначе во всем мире не приняли бы такие требования – а они одинаковы во всех странах.

Если же жители столкнутся с нарушениями – от неправильного ношения масок до проведения массовых мероприятий – об этом можно сообщать в мобильные группы, контакты которых находятся в открытом доступе на сайтах местных исполнительных органов. Можно обращаться и в Единый call-центр Senim109, который такие сведения сразу передает в Центр оперативного реагирования области, а оттуда данные поступят мобильным группам. Важно не становиться соучастником нарушений, а сопереживать: люди могут заразиться, и заразиться массово.

Кроме того, инфекция продолжает изучаться, но какие будут отдаленные последствия, что произойдет с организмом много позже – об этом еще ничего неизвестно. Это еще один повод для нас быть осторожными. Да, есть те, кто считает, что проще переболеть – но и лишний оптимизм тут ни к чему: неизвестно, как переболеешь – вдруг будет очень тяжелая форма? – и как это отразится через 3, 5, 10 лет... К сожалению, мы пока не знаем. Для этого тоже будут проводиться масштабные исследования.

- Проникли ли новые штаммы вируса – британский, южноафриканский, бразильский – в нашу область?

- Министерство здравоохранения Казахстана, начиная с марта, исследует циркуляцию штаммов КВИ в стране. Совместно с Всемирной организацией здравоохранения внедрена новая методика ПЦР-скрининга на определение штаммов. А 17 марта референс-лаборатория филиала Национального центра общественного здоровья изучила положительные лабораторные образцы болеющих коронавирусом почти из всех областей республики. По итогам этих исследований выявлена вероятность мутаций британского, южноафриканского и бразильского штаммов. Чтобы окончательно определить происхождение штамма, нужны более углубленные исследования – на уровне генома – и около месяца времени. То есть, их результаты в скором времени должны быть готовы.

Но сразу скажу: меры профилактики и подходы к лечению КВИ и при таких штаммах остаются прежними, и важно все так же соблюдать санитарные требования, плюс на помощь приходит вакцинация. В области продолжают вакцинировать российским препаратом «Спутник V», и институт имени Гамалея, который ее разработал, доказал ее эффективность против британского штамма. Буквально на прошедшей неделе появились научные статьи о том, что от южноафриканского эта вакцина тоже может защитить. Насчет бразильского штамма исследования пока ведутся. Вновь хочется обратиться к жителям региона, пригласить получить вакцину: нужно выработать коллективный иммунитет к новому вирусу – для этого надо привить около 60-70% населения. Вакцинация проводится бесплатно.

- Сейчас особенно важна коммуникация между властью и населением, властью и бизнесом. В Ваше ведомство поступает множество обращений, немало жалоб, но – многие ли учреждения, организации, объекты бизнеса выходят на связь именно с предложениями своей работы в условиях карантина?

- Выходят на связь многие, но далеко немногие предлагают конструктивные вещи – а это очень важно. В основном люди обращаются с вопросом о том, чтобы мы сняли какие-либо ограничения. Допустим, просят разрешить проведение банкетов или праздников. На это мы пойти не можем: нельзя идти вразрез с постановлением главного государственного санврача РК. Иногда предлагают решения, которые уже изложены в установленных алгоритмах. Есть случаи, когда предлагают вещи, не имеющие оснований – ни научных, ни доказанных опытом других стран – и если мы это применим у нас, оно не сработает.

- В прошлом году, когда в области грянула первая волна КВИ, было намного меньше информации о новом вирусе. Закрытие объектов и некоторых организаций и перевод их на удаленную работу – действительно ли эти меры удержали нас от повального заражения населения, если рассуждать с высоты опыта, который имеется сейчас?

- Да. В прошлом году, когда пандемия пришла в Казахстан – а это случилось в 20-х числах марта – был зарегистрирован первый случай заражения в области. Человечество впервые с этим столкнулось, с новой неизученной инфекцией – и на тот момент в других странах мира были тысячи смертей. Наше государство не стало ждать: был введен режим ЧП и карантинные ограничения. Заболеваемость держалась на стабильных цифрах. Но после 11 мая, когда сняли режим ЧП – хотя при этом режим карантина остался в силе – население приняло это так, будто уже можно возвращаться к прежней жизни. Неизбежно нужно было, насколько возможно, предотвратить массовое заражение: объекты здравоохранения могли не справиться с потоком заболевших. Менялись протоколы лечения, оценивался опыт зарубежья в борьбе с пандемией, закупалось оборудование, препараты, и когда начались локдауны – заболеваемость пошла на спад и снижалась до августа-сентября. Поэтому можно говорить о том, что ограничения свой эффект дали.

Были ведь и запреты выезжать на дачи... Сейчас подходы другие, и исходят они из наработанного опыта, в том числе других стран – а в них, кстати, тоже все по-разному: где-то еще не открыли объекты общепита, хотя у нас они работают. В каких-то странах даже в магазины за продуктами по записи ходят – у нас же супермаркеты открыты.

Когда Карагандинская область вошла в красную зону относительно КВИ – работа объектов общепита была ограничена до 20.00. Мы понимаем, что люди посещают кафе и рестораны в основном в вечернее время, но ограничили их работу не для того, чтобы повлиять на бизнес, а разобщить людей – чтобы было меньше контактов.

- Безусловно, ограничительные меры принимаются не просто так: запрет внутриобластных автобусов по выходным, ограничение работы ТРЦ, объектов культуры, бизнеса. В первую очередь цель этого – минимизировать контакты, избежать столпотворения, в ходе которого потенциально заболевшие люди могут заразить здоровых. Почему еще именно эти меры считаются эффективными?

- Здесь принцип тот же самый, что и с заведениями общепита. Впереди потепление, и после рабочей недели большое количество людей – в том числе бессимптомных носителей или те, кто находится в инкубационном периоде – могут встречаться, к примеру, в торговых домах, и снова рискует произойти заражение. Помимо этого в выходные закрыты 6 сообщений между населенными пунктами области: из Караганды не уехать в Темиртау, Сарань, Шахтинск, Абай, Шахан и Топар. Это сделано, опять же, чтобы люди не заразились COVID-19 и не «привозили» вирус к другим.

Многие критикуют работу общественного транспорта, в котором не соблюдается дистанция, но в автобусе мы не находимся несколько часов подряд: по пути следования есть остановки. Когда открываются двери, выходят одни пассажиры и заходят другие: внутри автобуса совершается аэрация воздуха – естественное проветривание. Соответственно, общая вирусная доза будет снижаться. Безусловно, это не оправдание, но если сравнить такой процесс с банкетом, где люди находятся в одном помещении более двух часов – в замкнутом пространстве – риск заражения выше.

Что касается объектов культуры – в частности, театров и кинотеатров, то и в этом случае гости находятся долго в одном помещении, несмотря на антракты и возможность выйти из зала. Как правило, в залах нет окон, их невозможно проветрить так, как проветривается тот же общественный транспорт. Поэтому такие меры и принимаются.

В случае с музеями ситуация немного другая: здесь ограничения в 20% заполняемости зала. Да, это тоже объект культуры, но в музее человек не находится так долго, плюс посетителей запускают по одному, да и сама специфика работы у этих учреждений отличается. В целом часто слышу, что мы выступаем против культуры или бизнеса – нет: мы выступаем за здоровье нашего населения.

- На днях стало известно, что объекты культуры и развлекательные заведения готовятся участвовать пилоте приложения «Ashyq», чтобы работать по ограничениям желтой зоны, когда область находится в красной. Существуют ли какие-либо дополнительные правила, которые им важно будет в таком случае соблюдать?

- По сути, приложение просто закрепит то, что такие объекты и заведения будут принимать у себя исключительно тех, кто здоров от коронавируса. Поэтому в учреждении просто будет действовать QR-код, который нужно будет отсканировать при входе. В остальном требования остаются неизменными – они изложены в алгоритмах Постановление главного госсанврача: соблюдать масочный режим, обрабатывать руки антисептиками, соблюдать социальную дистанцию.

Самим же заведениям нужно зарегистрироваться на платформе infokazakhstan.kz, подать заявку на участие в работе с приложением, подписать необходимые документы, получить QR-код и обучиться – и можно будет вновь открыться.

- Уже известно, что в пилоте приложения «Ashyq» будут участвовать и заведения общепита. Здесь действуют те же принципы?

- Да. Единственный момент – еженедельно в пилот могут вступить только 60 новых объектов, чтобы система – а она рассчитана на Казахстан в целом – выдержала загрузку данных и не дала сбой.

- Очень много обращений в редакцию ekaraganda.kz поступает по поводу тестов на коронавирус – все они похожи. Суть в том, что по направлению карагандинцы сдают тест на КВИ в государственной поликлинике, и результат приходит положительный. После этого одна из наших читательниц решила перепроверить результат и сдала тест в частной лаборатории, где он оказался отрицательным. Женщина обратилась в поликлинику с этим вопросом, но ей сообщили, что она не имела права пересдавать тест: должна была соблюдать карантин. Имеет ли право человек, который усомнился в результате теста, пересдать его в другой лаборатории, и почему результаты могут быть разными? Известно, что юридически пациент может оспорить результат своего анализа и имеет на это право.

- Очень важно понимать, что такое ПЦР. Да, это диагностический тест, но это качественный тест, а не количественный. Он отвечает лишь на один вопрос: есть ли РНК вируса внутри организма или его нет – и речь именно об РНК, о генетическом материале. Если у человека нет коронавируса в носоглотке, то ПЦР это и не покажет. Если ПЦР положительный – значит, РНК вируса есть, и человек попадает в список заболевших. А заболевшие могут быть симптомными, бессимптомными, могут находиться в начальной стадии – то есть, в инкубационном периоде, когда проявлений болезни нет, но процесс уже запускается. И при разных инфекционных заболеваниях этот период у кого-то измеряется часами, у кого-то – днями, у кого-то – месяцами. А потом может подняться температура и начаться стадия самой болезни.

Допустим, у человека взяли ПЦР-анализ 1 числа. За время, пока идет исследование его образца, частицы коронавируса опускаются в нижние отделы легких – и тогда обнаружить их в носоглотке уже нельзя. Здесь я могу предположить, что когда забор сделали первый раз – ПЦР был положительный, а второй забор произошел спустя несколько суток, когда частицы вируса либо уже ушли в легкие, либо сам забор был сделан неправильно – человеческий фактор исключать нельзя, хотя для взятия ПЦР-теста есть специальная методика, и она должна строго соблюдаться.

К сожалению, таких факторов может быть много, но я склонен доверять фактам: если геном вируса в организме есть, куда он может деться? Ведь отчего развивается пневмония – от того, что коронавирус попадает в нижние отделы легких. Там вырабатывается специальное вещество, стерилизующее эти отделы – но когда туда попадает коронавирус и выпускает свой генетический материал, клетка легкого становится вирусной и начинает размножаться. Выработка стерилизующего вещества блокируется – и защиты у организма нет, поскольку при этом присоединяется, например, пневмококк и, как следствие – развивается пневмония.

- Есть ли в данной ситуации – когда область в красной зоне – риски для повторения ограничений прошлого года, когда вводились электронные пропуска, а города области ограничивали блокпостами?

- Такой вопрос сегодня не стоит. Да и мы бы не хотели снова вводить блокпосты и электронные пропуска, поэтому не устаю просить население о соблюдении карантинных мер и мер предосторожности. Повторюсь – ситуация, в которой мы окажемся, зависит от каждого из нас, несмотря то, как Казахстан в целом прошел весь этот год – думаю, мы держимся достойно, решения принимаются взвешенные. У нас нет цели ограничить работу бизнеса просто так: на одной чаше весов экономика, на другой – здоровье населения, и здоровье перевешивает. Дополнительные и более строгие ограничения нужно будет принимать, только если ситуация совсем выйдет из-под контроля.

Вместе с тем, к сожалению, сейчас распространяется немало фейков, домыслы о 5G-вышках или чипировании тоже продолжают свое путешествие в информационном поле. Поэтому призываю верить проверенной информации: есть официальные документы, научные исследования, статьи по теме. Много есть и тех, кто примеряет конкретную ситуацию только к себе и преподносит так, будто она для всех одна. Но тут важно стараться понять не только свою сторону. Мы не можем мыслить узкими рамками: должно быть единообразие – невозможно открыть, допустим, один банкетный зал, но оставить закрытыми другие только потому, что именно этот зал соблюдает все требования. Они сейчас едины для всех.

Фото автора