Выжить в городе: о чем сериал «Пух» и почему его стоит посмотреть

«Пух» - социальная драма о мигрантах, которые столкнулись с COVID-19. Из-за карантина закрыли границы, и большинство иностранцев по сей день не могут попасть домой, а неведение оставило их наедине с проблемами. Напомню, что продюсер и первый режиссер ленты Мария Сигал и Антон Димин проводили параллель между названием сериала и раздражающим эффектом пуха летом: мигранты «понаехали», что называется, раздражают местных жителей, да еще и в разные неприятные ситуации попадают. 

Если брать масштабнее – «Пух» далеко не единственная кинолента на подобную тему: несколько лет назад в Караганде с презентацией фильма «Айка» побывал ее режиссер Сергей Дворцевой и исполнительница главной роли Самал Еслямова. Эта картина, получившая Каннскую ветвь, снята еще жестче, и еще более неуютна во время просмотра: мир к Айке намного более неблагосклонен, чем к героям «Пуха». Но тут надо сказать, что замыслы у разработчиков нашего сериала тоже были не хэппиэндные. Но, пожалуй, все не зря: финалы трех представленных историй оставляют надежду на лучшее, которая бывает так важна, когда наблюдаешь на экране тяжелые сюжеты.

Скептикам и критикам с дивана – а комментариев в духе «Какое у нас может быть кино?» немало – отвечу сразу: прежде, чем писать что-то подобное, сначала сами попробуйте сделать кино. Потому что это очень непросто. Сериал «Пух», надо сказать, по качеству оказывается на голову выше, чем снимают даже на республиканском уровне: сюжеты – логичные, подача – держит, актерам – веришь. Здесь зрителю не предлагают какую-то пропаганду или не склоняют на чью-то сторону: просто показывают, как сложились истории персонажей. Напоминания о том, как уберечь себя от заражения КВИ, о соблюдении санитарных норм разлиты по всему сериалу, но это не делает их надоедливыми: они тоже не навязчивы.

Пройдусь по моменту, который вызвал вопросы – но он не настолько критичен, чтобы бескомпромиссно вешать на сериал обидные ярлыки. Тем более, карагандинские киноделы с каждой картиной снимают все лучше, а постоянная практика, как мы знаем, повышает мастерство. В «Пухе» шикарные вступительные титры, но длятся они минуту и 15 секунд, поэтому где-то на третьей серии создается ощущение их затянутости. Тем не менее, смотреть их было в удовольствие: технически – по видеоряду, графике, звуку и музыке – они сделаны отлично.

В 8 сериях «Пуха» - три истории. Изначально планировалось 15 серий, но были сокращены сроки выпуска и сюжеты. У всех режиссеров – Акжола Алшимбекова, Антона Димина и дуэта Кирилла Колпакова и Константина Павленко – три разные подачи, но все серии гармонично сошлись в общей канве. И если быть знакомым хотя бы с одним из произведений этих режиссеров, можно без труда уловить изюминки их съемки. С творчеством Акжола я раньше знакома не была, но закрученность сюжета Антона и некоторую сюрреалистичность подачи Кости и Кирилла уловила сразу.

Антон Димин рассказал двухсерийную историю под названием «Пулат» о братьях из Узбекистана, прибывших устроиться на работу: в их стране закрыли предприятие. Приезжают они к брату (Рустам Абильдин), но на вокзале у них воруют документы. Вора герои догоняют, но он подает заявление в полицию об избиении, и одного из братьев сажают в тюрьму. Другого пытаются устроить на рынок (директора рынка играет Константин Снегирев), где они встречают еще одну мигрантку (Дарья Величко).

Мы встречаем героев на автовокзале Караганды, и один из приятных моментов просмотра – возможность узнавать известные места города и ловить в себе радость от того, что сериал снят здесь, в нашем крае. Эту историю украшают – именно украшают – вставки с интервью персонажей, с ними диалог ведет сам режиссер, они делятся своими чувствами и эмоциями, своими ошибками и поступками («Я сильно не хотел обращаться к Гафуру... но другого выхода не видел», - говорит герой Абильдина). Кроме того, такой ход помогает проскочить ненужные для лаконичного повествования моменты. Здесь же в роли полицейского появляется один из режиссеров Кирилл Колпаков – смотрится, кстати, весьма натурально. Отмечу и то, что ненавязчиво в сериях проявляются и нужные юридические моменты: «С регистрацией не тяни – сейчас с этим строго», «Это другая страна, здесь надо по закону решать, а не самоуправством заниматься». Здесь же звучат и неприятные высказывания о мигрантах: «Понаприезжают, а потом боишься по улице ходить».

Все серии «Пуха» длятся около 15 минут, остальное время – еще около 5 минут – занимают комментарии юриста Темира Ибраева, которые он дает исходя из представленной истории. В сериях, снятых Антоном Диминым, он рассказывает, куда обращаться, если мигрант попал в трудную ситуацию, и называет конкретные кризисные центры. Однако порой громкость звука из фрагментов с юристом и громкость самой серии заметно разнятся – если очень прислушаться. Наконец, в истории «Пулат» есть знаменитые шуточки о том, реальна ли Караганда, но финал тут – открытый. Доехали ли герои в Караганду? Что с ними случилось? Это Антон Димин предлагает зрителю додумать самому. В целом отмечу хорошее, добротное напряжение, которое создает режиссер – такое присуще качественным экшн-фильмам.

Акжол Алшимбеков рассказал трехсерийную историю под названием «Рамина» – о девушке, приехавшей в Казахстан на учебу из Киргизии. Героиню после начала карантина выселяют из общежития. Ей перестают выплачивать стипендию, сбережений не остается, а кафе, где она работает, тоже закрывают. Рамина (Алия Абинова) вынуждена ночевать на вокзалах.

В двух этих сериях затрагивается не только собственно тема положения мигрантов и пандемии. Хороший акцент сделан на дружбе Рамины и ее подруги: сначала девушки клянутся всегда помогать друг другу, а потом подруга роняет: «Ты сильная, найдешь выход из ситуации». Сама же Рамина такова, что не умеет принимать помощь, и это идет из семьи: «Ты у нас умная, придумаешь, как справиться», - говорит мама Рамины, и становится понятно, почему главная героиня не признает своих слабостей и хрупкости собственного здоровья. Здесь же будут персонажи, не верящие в COVID-19 – дескать, достал уже этот вирус – но они же первыми отправятся домой. Встретят зрители и тех, кто даже в трудную минуту готов испортить жизнь человеку, и наглых клиентов кафе, и человечное начальство. Подчеркну техническую особенность: нелинейный монтаж истории в некоторых моментах повествования – он очень хорошо вписывается в серии о Рамине. Финал – жизнеутверждающий, но это своего рода затишье перед бурей: третья история будет самой тяжелой. Темир Ибраев здесь дает советы о том, как не позволить себя обмануть, если дело касается жилья – собственно, эта информация будет полезна не только мигрантам.

Двухсерийная история Кирилла Коплакова и Константина Павленко – о матери из Таджикистана Асмире (Елена Кочугова), которая привозит на лечение больного онкологией маленького сына. Лечащий врач заболевает COVID-19, от него заражается и мальчик – а онкология дает на болезнь сильные осложнения. Осложняет процесс лечения и бюрократия в системе здравоохранения.

Здесь режиссеры тоже подчеркивают отношения между героями. К примеру, Асмира врет собственной матери о деталях своего визита в Караганду, и, заметив это, сын девушки спрашивает: «Мам, мне тоже тебе так врать?» - вопрос, вроде, можно и не заметить или воспринять как юмор, но задуматься он заставляет крепко. Как часто мы недоговариваем что-то близким, просто чтобы они были спокойны?

В этой истории, кроме того, сильнее всего ощущается другой стиль подачи: дневные сцены в больнице и квартире сменяются тяжелыми ночными, когда Асмира убаюкивает сына – но это не то убаюкивание, к которому мы привыкли – ее пение похоже на вой в бреду... И за этим действительно страшно наблюдать. В какой момент мать потеряет ребенка? В какой момент она сойдет с ума? Это та тонкость, когда поначалу раздражающая бабушка-соседка на самом деле оказывается права во всем, что замечает и видит. Предшествующие финалу сцены – а он, впрочем, тоже дает надежду – самые тяжелые. Происходят они средь бела дня, но то, что переживает Асмира, кажется бесконечным – а такое напряжение тоже создать непросто. Темир Ибраев после этой истории делится, как защитить свои права, если вы обратились в медучреждение, но вам отказывают в помощи.

Напомню, что на этапе подготовки к съемкам «Пуха» выяснилось: в Карагандинской области информационная работа по вопросу нелегальных мигрантов очень слабая. Понятно, что зачастую и законные граждане государства не защищены, но мигранты – тем более. На самом же деле существуют кризисные центры, есть социальные работники и юристы, которые могут оказать помощь – но все сводится к тому, что для населения не имеется ни доступных буклетов, ни информационных стендов, допустим, в учреждениях вроде ЦОНов, нет информационных роликов в электронных СМИ. Да, можно привести контраргумент: возможно, у нас проблема нелегальных мигрантов стоит не так остро. Но это тоже – проблема. У нас о многих проблемах говорить не принято, хотя надо. «Пух» - сказал.