Гадание металлом, древняя бритва и каменные лучи: как прошел сезон раскопок у карагандинских археологов

Археологи Сарыаркинского археологического института в Карагандинском университете имени Е.А. Букетова работают над восстановлением найденных сосудов и не только. Игорь Кукушкин рассказывает: в этом году археологическая экспедиция вуза вновь работала в Шетском районе, снова – в рамках развития историко-археологического парка Талды. Финансирование исследований, как и прежде, ведется управлением культуры, архивов и документации Карагандинской области через Центр по сохранению историко-культурного наследия. Работали, говорит Игорь Алексеевич, с июня по август, в команде – около 15 человек, среди которых были и новые лица, но костяк группы всегда остается один. 

- В этом году мы исследовали разные памятники: несколько курганов, которые можно отнести к ранне-Алакульскому времени – это первая четверть II тысячелетия до нашей эры, к Алакульскому – вторая четверть этого же тысячелетия, а также мавзолеи Бегазы-дандыбаевской культуры эпохи поздней бронзы, - делится Игорь Кукушкин. – В сезоне году был исследован, наверное, самый крупный ранне-Алакульский курган в Центральном Казахстане диаметром порядка 30 метров.

Это своего рода царский курган эпохи бронзы, уточняет археолог: высота приличная – 1,5-2 метра, курган многослойный: сверху – захоронения позднего Золотоордынского времени, ниже – захоронения раннего Железного века, но основное – камера эпохи бронзы, размером 3,5 на 2 метра. Правда, она оказалась ограбленной.

- Такие крупные курганы грабители без внимания не оставляли, но мы нашли там два наконечника стрел: один классический, большой, костяной, четырехугольный в сечении, другой – так называемый томар – с притупленной боевой частью. Его, видимо, использовали для охоты на пушного зверя, чтобы не повредить шкурку, - поясняет Игорь Кукушкин. – Интересно то, что рядом были парные захоронения лошадей в позе скачущего галопа. Лежали животные друг за другом в восточном направлении. Это, опять же, доказывает, что погребенный относился к родовой военной аристократии.

Еще один интересный аспект этого кургана, продолжает ученый – порядка 30 детских захоронений, причем не на уровне остальных, а сверху. Относятся они к одному времени. Детская смертность, объясняет Игорь Кукушкин, была в то время высокая: рожали часто, но возможностей для поддержания здоровья малыша могло и не быть.

Центральное же погребение большого кургана ограбили, но в одном из захоронений археологи отыскали бронзовый слиток непонятной формы размером с человеческую руку.

- Сейчас можно сказать, что формой он даже похож на частицу коронавируса, - описывает Игорь Алексеевич. – У нас не было мыслей о том, что это такое, но нам предложили следующую интерпретацию: в казахской этнографии известны случаи, когда болезнь человека определяли по форме металла. Допустим рядом с головой заболевшего – сосуд с водой: туда выливают жидкий металл, и по его форме знахарь диагностирует болезнь. Мы, конечно, отправим слиток на анализ, но предварительная версия такова.

В одном из неграбленых женских захоронений в тех же местах археологи нашли бронзовый нож в сосуде, а снизу, предположительно, был кусок мясной пищи: здесь же нашли кости. Находки ножей в женских погребениях, попадаются нашим ученым не впервые. Видимо, таким образом женщина была представлена как хозяйка.

- В другом неграбленом парном захоронении Алакульского периода над головой мужчины тоже лежал нож – уже не в сосуде, а женская часть погребения была очень богатой по меркам того времени. На женщине была относительно неразрушенная челюстно-лицевая подвеска из украшенных бляшек, большая гривна, плакированные золотом серьги в полтора оборота, - рассказывает Игорь Кукушкин. – Украшена была и обувь: мы нашли бусины. Такие захоронения встречались нечасто, и это тоже указывает на знатное происхождение: возможно, при жизни женщина занималась какими-то культовыми вещами. Еще в одном захоронении мы встретили каменные плиты – они подобно лучам расходятся в стороны: это можно интерпретировать как солнце или как колесо.

Бегазы-дандыбаевских мавзолеев команда Игоря Кукушкина исследовала несколько: все они тянутся вдоль реки с Востока на Запад и в основном построены из камня. Распознать их легко, говорит ученый: они видны на поверхности и обычно расположены компактными группами, а характерная черта именно Бегазинских мавзолеев в том, что это, по сути, поверхностные захоронения. Вокруг них – ограды, в зависимости от знатности человека и его роли в общественной жизни. Однако, несмотря на близость культур, мавзолеи отличаются друг от друга: у них разная архитектура, хотя принципы устройства одинаковы.

 - Мы исследовали один крупный, можно сказать элитный, мавзолей. Конечно, он меньше небезызвестной Пирамиды, но своим выходом смотрит как раз на нее. Рядом с этим мавзолеем в общей сложности было исследовано порядка шести-семи сооружений разного размера и формы, - рассказывает Игорь Алексеевич. - Самый большой мавзолей состоял из ограды, в центре которой – погребение, между ними все заложено камнем, а по периметру – еще одна ограда. Другой мавзолей был окружен двумя оградами, в остальных же могли отразиться межкультурные связи: встречаются и заглубленные захоронения, где ящики могут быть составлены из шести или семи плит, имеют округлую форму, и вокруг них – круглая ограда, к примеру. Но эти мавзолеи собраны на одном могильнике, и сотворены они были примерно в одно время.

В мавзолеях нашли глиняную керамику: некоторые сосуды имеют не традиционную форму кувшина, а полую ножку и подквадратное устье – это вазы. Такие вазы, говорит Игорь Алексеевич, они встретили впервые, и возможно, в них наливали напиток. В мавзолеях Дандыбай еще в 30-х годах находили такие сосуды, но округлые, и тоже на полых ножках, добавляет археолог. Орнамент на них приближен к андроновскому – здесь отражены геометрические узоры. В других мавзолеях ученые отыскали бронзовое долото для работы по дереву, с которым сохранился деревянный черенок. Были среди находок и лощила: видимо, ими дорабатывали металл после отливки.

Наиболее интересная находка, признается Игорь Кукушкин – бронзовая бритва размером с ладонь, которая на первый взгляд может показаться скорее женским украшением.

- На территории Казахстана и Средней Азии известно, может, три-четыре таких экземпляра, мы ее нашли впервые, - продолжает археолог. – Края острые, есть ограничитель для деревянной ручки и выемка для нее. Обычно они сохраняются плохо – бритвы тонкие, а мы нашли целую. В центре – идеально круглое отверстие, но причины такой его формы неизвестны: возможно, дело в эстетике. Бритва была компактной и удобной для носки, и поскольку найдена она в мавзолее, то принадлежала знатному человеку.

Сейчас коллекция находок прошедшего сезона частично реконструирована, но предстоит еще много работы по реконструкции. Эти находки будут отправляться на анализ.

Фото Евгения Дмитриева