Говядина идет на антирекорд: цена рухнула ниже 1 тыс. тенге за килограмм

Казалось бы, многолетние усилия по превращению степных просторов в экспортную опору экономики наконец приносят плоды. Однако стоит потянуть за ниточку цифр, как благостная картина начинает осыпаться. Солидная общая сумма экспортной выручки служит «ширмой», скрывающей структурные перекосы внутри мясного кластера. Высокие валовые показатели позволяют чиновникам отчитываться об успехе, игнорируя качественные проблемы ценообразования. При детальном разборе выясняется, что главным «кормильцем» выступает вовсе не благородная говядина.

Самым прибыльным экспортным скотом фактически остаются неприхотливые овцы. Причина проста: экспорт мяса крупного рогатого скота в Казахстане долгие годы тонет в пучине квот, запретов и регуляторных барьеров. Поэтому основная доля экспорта пришлась на баранину. В 2025 году Казахстан поставил на внешние рынки 34 557 тонн этого мяса, заработав 81 млн 071 тыс. долларов. Если перевести это в удельные показатели, получается, что средняя экспортная цена составила около 2,35 доллара за килограмм – примерно 1200 тенге.

Говядина заняла второе место по объему поставок. За рубеж было отправлено 32 290 тонн на сумму 127 млн 447 тыс. долларов. Простая арифметика показывает: средняя экспортная цена – около 3,95 доллара за килограмм, то есть примерно 2000 тенге по текущему курсу.

Мяса птицы Казахстан экспортировал почти столько же – 31 939 тонн. Но валютная выручка здесь значительно ниже: 52 млн 623 тыс. долларов. Средняя экспортная цена составила всего 1,65 доллара за килограмм – около 800 тенге. В небольших объемах на внешний рынок также поставлялась свинина – 1829 тонн на сумму 3 млн 576 тыс. долларов, что дает среднюю цену около 1,95 доллара за кг. Конины ушло совсем немного – 143 тонны на 420 тыс. долларов, со средней ценой около 2,94 доллара за кг. Таким образом, если верить официальной статистике, самым дорогим видом казахстанского мяса на экспорт оказывается говядина, а самым дешевым – мясо птицы.

Но именно здесь и начинается первая экономическая странность. Потому что параллельно выясняется: Казахстан импортирует мяса значительно больше, чем экспортирует. По итогам 2025 года страна закупила за рубежом около 164 тыс. тонн мяса на сумму примерно 295 млн долларов. То есть импорт по объему оказался в полтора раза выше экспорта. Причем основную долю этого импорта составляет как раз мясо птицы – около 136 тыс. тонн на 186 млн долларов.

Народ закупает огромные объемы курятины, пока наши собственные производители якобы отдают говядину за бесценок. Отрицательное торговое сальдо в мясном секторе при наличии собственного экспортного потенциала указывает на глубокий кризис импортозамещения. Страна экспортирует высококачественный белок по бросовым ценам, одновременно закупая дешевое сырье для внутреннего потребления.

Говядина по цене семечек

Как уже стало ясно, главный парадокс заключается в том, что казахстанская говядина уходит на экспорт по цене дешевле 2000 тенге за килограмм, в то время как внутри страны, где-то рядом, в магазине за углом она уже давно стоит в три раза дороже. Как отмечает аграрный портал eldala.kz, ситуация с ценообразованием в экспортных поставках вызывает все больше вопросов. Согласно данным БНС Казахстана, в 2025 году страна экспортировала 32,3 тонны говядины (свежая и охлажденная) на $127,4 млн. Это и дает среднюю цену около 3,95 доллара за килограмм (1 тыс. 951 тенге по текущему курсу НБРК).

Зачем производителю продавать мясо на внешний рынок по 2000 тенге, если внутри страны, скажем, соотечественник готов оторвать с руками за 4000? В рознице же сегодня стоимость говядины за кило доходит до 6000 тенге. Логика обычного рынка в этом месте перестает работать. Поэтому эксперты решили посмотреть на структуру экспорта глубже – и обнаружили еще более любопытную картину. Средняя цена в 4 доллара за кг на самом деле мало что говорит о реальном положении дел. Это, по сути, классическая «средняя температура по больнице».

В реальности казахстанские экспортеры говядины делятся на три совершенно разные группы. Первая группа – это поставщики премиальной продукции: отрубы мраморной говядины, которые продаются на высокомаржинальные рынки. Там цена за килограмм достигает 13-14 долларов. Таких компаний буквально единицы. Вторая группа значительно больше. Это компании, которые экспортируют говядину полутушами в страны Центральной Азии. Здесь цена составляет примерно 6-8 долларов за кило.

Но существует и третья группа – самая многочисленная. И вот именно она формирует тот самый статистический парадокс и, согласно бумагам, дарит мясо иностранцам почти по себестоимости. Согласно документам, эти компании экспортируют говядину по цене ниже 5 долларов за кг.

Более того, нижняя граница заявленной цены иногда опускается ниже 2 долларов. То есть примерно до 1000 тенге за кг! Фактически это означает, что мясо продается почти по себестоимости, а иногда и ниже. И речь идет не о каких-то единичных поставках. Если верить статистике, примерно половина всего экспорта казахстанской говядины – около 15 тыс. тонн – в 2025 году ушла за рубеж по цене примерно 2 доллара за килограмм. С экономической точки зрения это выглядит крайне странно. Очевидно, что статистическая «средняя цена» является фикцией. Она маскирует существование огромного теневого сегмента, где официальные документы используются лишь для прохождения границы, а не для фиксации реальной стоимости сделки.

Похожая ситуация наблюдается и по другим видам мяса. Например, по баранине средняя экспортная цена составляет чуть больше 2 долларов за кг, а по конине недотягивает до 3 долларов. В результате возникает вполне логичный вопрос: ради чего вообще бороться за доступ на внешние рынки, тратить бюджетные деньги на продвижение казахстанской продукции, открывать новые направления экспорта – чтобы потом продавать мясо соседним странам в несколько раз дешевле, чем внутри собственной страны или отдавать почти даром?

Налоговая благотворительность с чемоданом денег

Трудно поверить, что эти казахстанские фермеры – это тайное общество филантропов, решивших накормить мир себе в убыток. Поэтому наиболее вероятное объяснение лежит в другой плоскости. Заниженные экспортные цены в документах могут быть элементом схемы, позволяющей уменьшить налоговую нагрузку. То есть на бумаге указывается одна цена, а фактически сделка проходит по другой. Разница между ними может передаваться вне официального оборота – например, наличными. В этом танце теней выигрывают обе стороны сделки. Продавец уменьшает налоговые выплаты, а покупатель получает товар по более выгодной цене.

Проигрывает в этой ситуации прежде всего государство, которое теряет налоги. Но страдают и те компании, которые работают легально. Им приходится конкурировать на внешних рынках – например, в Узбекистане или Таджикистане – с казахстанской говядиной, которая приходит туда по демпинговой цене. Покупатель отказывается платить справедливую цену, кивая на «серых» поставщиков и требуя работы по такой же схеме с наличностью в чемодане. А не хочешь – останешься вообще без клиентов.

Ситуация провоцирует деградацию деловой этики в отрасли. Компании, работающие «в белую», оказываются в заведомо проигрышном положении, что вынуждает их либо уходить с рынка, либо принимать правила игры теневого сектора.

Налоги задним числом

Эксперты предлагают лечить эту «алхимию» радикально: доначислять налоги задним числом, исходя из реальных рыночных цен. Если продал по 2 доллара, когда мир платил 6, будь добр, заплати налог с 6. Это могло бы отрезвить рынок быстрее, чем любые меморандумы.

«Разумеется, пока это все лишь экспертные предположения. Подтвердить или опровергнуть их могут только компетентные органы, если проведут тщательный аудит экспортных сделок и выдадут внятное заключение: то ли низкая экспортная цена – это такая своеобразная благотворительность производителей говядины, то ли мы и вправду имеем дело с серыми схемами экспорта. И если это так, то нужно задним числом выставить таким "благотворителям" претензии по налогам, исходя из реальных рыночных цен на момент заключения сделок. Такой механизм все расставит на свои места», – говорит Сергей Буянов, главный редактор портала ElDala.

Он предлагает госорганам применить самый жесткий инструмент воздействия на «схемщиков» – лишение экспортной лицензии. Переход к индикативному ценообразованию при налогообложении экспорта является необходимым шагом для очистки рынка. Это позволит выравнять конкурентное поле и вернуть капиталы в легальный оборот.

Остается надеяться, что к моменту, когда начнет полноценно реализовываться Комплексный план развития мясного животноводства на 2026-2030 годы и отрасль действительно начнет наращивать экспорт, в вопросах ценообразования будет наведен порядок. Тогда выгоды от роста мясного животноводства станут достоянием всей экономики страны, а не лишь источником обогащения для отдельных участников серых схем.

Турецкие берега и реформы для малых

Тем более что у казахстанской говядины есть вполне реальные перспективы на мировом рынке. На некоторых направлениях за нее готовы платить до 14 долларов за килограмм – примерно 7000 тенге.

Определенный оптимизм участникам отрасли внушает и внимание главы государства к развитию мясного животноводства, и активная работа профильных отраслевых союзов, говорит Болат Бекбердинов, учредитель компании «Елим-Ай Кокпекты». По его словам, интерес к казахстанскому мясу существует далеко за пределами страны и на многих мировых рынках. И этим интересом необходимо пользоваться, развивая экспорт и тем самым стимулируя рост всей отрасли.

«Особенно большие надежды связываются с открытием турецкого рынка. Это направление может стать для казахстанских производителей по-настоящему перспективным, поскольку именно в Турции сегодня фиксируется одна из самых высоких цен на говядину – порядка 12-14 долларов за килограмм на каркасе. Это почти вдвое выше той цены, которую сегодня получают производители на ряде традиционных рынков сбыта. Почему бы нам не продавать туда?» – задается вполне резонным вопросом Бекбердинов.

При этом уже сейчас некоторые зарубежные покупатели предлагают казахстанским компаниям долгосрочные форвардные контракты с предоплатой в валюте. Для отечественных производителей это могло бы стать важным источником оборотных средств.

Однако экспорт говядины до сегоднящнего дня оставался ограниченным: ранее действовали квоты на вывоз скота, а в 2025 году были введены и квоты на экспорт самого мяса. Фермеры рассчитывают, что ситуация изменится с запуском нового комплексного плана до 2030 года. Документ предусматривает увеличение поголовья крупного рогатого скота с 7,9 млн до 12 млн голов и расширение экспортного потенциала отрасли.

К тому же, судя по всему, позиция экспортеров все-таки была услышана. Государство увеличит число экспортеров говядины. Минсельхоз смягчит требования к экспортерам говядины для получения квоты на вывоз. Такое решение приняла межведомственная комиссия по вопросам внешней торговли и участия в международных экономических организациях (МВК), прошедшая под председательством вице-премьера Серика Жумангарина, сообщила пресс-служба правительства.

Речь идет о пересмотре самого механизма распределения экспортных квот. До сих пор действующие правила предъявляли к претендентам достаточно жесткие требования: компания должна была иметь собственную откормочную площадку как минимум на 5 тыс. голов скота, а также собственный мясокомбинат. Теперь этот порог снизят до 500 голов, что позволит значительно расширить круг экспортеров.

При этом власти стараются соблюдать баланс интересов. С одной стороны, необходимо поддерживать экспорт и стимулировать развитие отрасли. С другой – важно сохранить маточное поголовье внутри страны и обеспечить отечественные перерабатывающие предприятия достаточным объемом сырья. Именно поэтому МВК одновременно продлила запрет на вывоз из Казахстана маточного поголовья крупного и мелкого рогатого скота, а также бычков КРС, включая поставки в государства Евразийского союза.

Предполагается, что по мере реализации комплексного плана развития животноводства действующие ограничения на экспорт говядины будут постепенно смягчаться и отрасль сможет полноценно работать на внешние рынки. Потому что в нормальной экономике более высокая экспортная цена приносит выгоду всей производственной цепочке – от откормочных площадок до небольших фермерских хозяйств.

Пока же регулирование сохраняется. На первое полугодие 2026 года в Казахстане утверждена квота на экспорт говядины в объеме 20 тысяч тонн. Остается лишь надеяться, что эти тонны будут проданы по рыночной цене, а не по цене бумаги, на которой напечатан отчет.

Демократизация доступа к экспортным квотам – шаг позитивный, но недостаточный без жесткого контроля. Без прозрачности ценообразования расширение круга экспортеров может привести лишь к масштабированию серых схем, а не к реальному росту благосостояния сельских территорий.